Читаем Змеёныш полностью

— Идёт псевдоплоть, а навстречу ей химера. Псевдоплоть: «Привет, кабан». Химера обиделась: «Какой кабан, я химера!» — «А я говорю — кабан». — «Пойдём к бюреру, он умный, он разберётся». Приходят к бюреру, а он им: «Привет, кабаны!»

Кто-то хохотнул, кто-то презрительно свистнул — тупой анекдот. Опять заговорил Деляга:

— Стоят возле заброшенного чернобыльского кинотеатра два кабана-мутанта и задумчиво жуют плёнку «Сталкера». Один говорит: «Слышь, Вася, а фильм ничего так, тока пресноватый». Другой отвечает: «Не, Лёха, мне книжка больше понравилась».

— «Жизнь после пятидесяти только начинается», — подумал Слон и приказал Заточке налить ещё пятьдесят.

Порученец вскинул голову, уставился на сталкеров, но не смог определить, кто рассказал эту байку. А другой голос уже завёл:

— Подходит маленький мальчик из посёлка у Кордона к прапорщику на КПП и спрашивает: «Скажите, дядя военный, а зачем у вас на фуражке вот этот хлястик пришит?» Ну, прапор гордо расправил плечи и отвечает: «Понимаешь, малыш, когда в Зону пытаются прорваться преступники и я преследую их, то бегу так быстро, что приходится на подбородок опускать хлястик, чтобы фуражка от ветра не слетела. Вот». «Понимаю, — говорит малыш. — А папа-сталкер мне рассказывал, что хлястик нужен для того, чтобы у вас хавальник не разнесло, когда в свисток дуете…»

Недовольный тем, что не может присоединиться к шумной компании, Заточка покосился на Колобка. Тот замер у второго шатра, только челюсти равномерно двигались. Заточка в очередной раз подивился, почему молодого увальня окрестили в Зоне не Телёнком или Коровой, а всего лишь Колобком? Не такой уж телохранитель был и толстый, но вот жевал почти без перерыва. Порученец снова кинул завистливый взгляд на общий стол. Там стало тише, сталкеры примолкли, слушая нового рассказчика (анекдоты в Зоне не переводились). Из-за частокола доносился слабый стрёкот цикады. И ведь не отойдёшь, мало ли, вдруг Слону приспичит чего? Кто-то должен до народа указания начальства доносить. Он, Заточка, на боевом посту… а так жрать хочется! Да и просто в тёплой компании посидеть, поржать от души — анекдоты всегда глупые, но попадаются смешные, и захочешь, да не удержишься. Хотя Заточку и не любят, но говорить про то прямо в глаза опасаются. Он вздохнул, улёгшись боком на траву, прикрыл глаза.

Нового взрыва хохота не последовало, и порученец приоткрыл один глаз. Сталкеры сгрудились у дальнего конца стола. Что там такое? Заточка поднял голову, всматриваясь. Интересное что или нет, надо ли узнать, чтоб хозяину доложить? Не замышляют ли против Слона или, того хуже, против Оксаны?

Это Заточка уже сам себя накручивал, чтобы возбудить в себе ощущение правоты — не зря ушёл от палатки, не просто так, а по важному делу…

Встав, он подошёл к столу — и понял, что чутьё не обмануло.

— А ну пропусти, пропусти! — Протолкавшись сквозь толпу, порученец едва не ахнул.

За столом возле пустого котелка сидел Змеёныш. Заточка хоть и не видел мальчишку давным-давно, а узнал сразу — тот вроде и изменился-то не сильно, разве ещё вытянулся да немного шире в плечах стал, возмужал как-то.

— Тебе чего здесь надо? — Заточка в первый миг даже опешил от такой наглости. Слыханное ли дело: этот мутант не постеснялся даже на территорию Слона зайти! Гибкое длинное запястье само собою скользнуло под куртку, в узкий карман на подкладке, откуда торчала плоская рукоятка самодельного ножа, того самого, которым он ухайдокал слепую псину.

Змеёныш с лёгкой полуулыбкой поднял на него тёмные глаза, и порученец почувствовал, как у него засвербело в солнечном сплетении, помимо воли прижал ладонь к стянутой бинтами груди.

— Да он за солью и патронами, — смущённо пояснил Деляга, почёсывая белобрысый затылок. — И чё ты вызверился? На артефакты обменять, жалко, что ли?

Сталкеры согласно загомонили. Порученец оглядел собравшихся, поджав губы.

— Хозяйские патроны раздаёте? А он потом вас подстрелит из куста! Пусть здесь стоит, я Слону доложу.

И порученец, всё ещё держась за грудь, припустил бегом к хозяйской палатке. Вон он, звёздный час Заточки! Отомстить наглому щенку, Слон разберётся с этим сучёнком!

Хозяин уже сам вышел на шум — выбритый, умытый, застёгивая на ходу верхние пуговицы белой рубашки.

— Ну, что? — недовольно спросил он у подлетевшего Заточки. Порученец только пальцем ткнул в сторону навеса да выдохнул одно слово. Слон потемнел, как грозовая туча, прежде чем разразиться молнией с громом, и медленно двинулся к столу. Сталкеры потеснились, пряча глаза, пропустили хозяина.

Змеёныш легко поднялся, в руках он держал небольшой контейнер, четыре ячейки из восьми были не пусты.

— Сто патронов и полкило соли, — почти весело сказал он.

Заточка высунулся из-за плеча Слона.

— Ишь чего захотел… Ты нам ещё должен! Думал, три года где-то шлялся, так всё забыли?

Слон дёрнул плечом, мохнатые брови его сошлись на переносице, лоб пересекла глубокая морщина. Он не стал кричать, как ждали окружающие.

— Ну что, как жизнь? — громко спросил Слон. — Где пропадал?