Читаем Злые каникулы полностью

Слышны удаляющиеся голоса: «А с Прохоровым все же как будете?» – «Разберемся.» – «Пока разбираться будете – он еще тут…такой бардак!..» – «Разберемся, разберемся, Прасковья Ивана.»

Да, Прасковья! Буква «пэ». Значит, какой-то «монп». «Монп», «монп»… Монпарнас?.. Нет, не Монпарнас… Напридумывают же названий!

Голос Милиционера. Гасим свет!

Барский. Да-да! (Себе.) Да, вышло все очень, очень глупо… А кто сказал, что в жизни все умно? (Гасит свет.)

Конец первого действия.

Второе действие

Комната Барского. Остальная часть сцены затемнена. В комнате никого нет.

Звонок в дверь.

Голос Барского. Сейчас!.. Кто?

Голос почтальона. Телеграмма.

Слышно, как открывается дверь.

Здесь распишитесь.

Голос Барского. Да, да. Благодарю вас. Всего доброго.

Дверь захлопывается. Барский, держа телеграмму, в кресле въезжает в комнату, включает настольную лампу, читает.

Барский (про себя). Гм, из Северокаменска… Вот же! Северокаменск, просто и ясно! А то какой-то там Монп!..(Вскрывает телеграмму, читает.) «Дорогой… Поздравляем семидесятпятилетием… здоровья, счастья… Ваш вклад в открытие Северокаменского месторождения… Город обязан своим появлением на географической карте…» Вот так вот! Отец, можно сказать!.. Как говорил классик: «Одно неосторожное движение – и ты отец»… Движение, вправду, было очень неосторожное… И какое это у нас имеет отношение к «Монп»?.. А ведь какое-то имеет отношение и к «Монп»… Да, одно большое ба-бах – и уже город на географической карте!..

Голос в темноте. … А я сказал – не будет по-твоему!

В затемненной части сцены – сокрушительно могучий удар кулаком по столу и звон вздрогнувшей посуды.

Барский. Ого!.. Но это еще не тот «ба-бах». Настоящий «ба-бах» будет потом.

По мере того, как комната Барского постепенно затемняется, высвечивается кабинет в левой части сцены: большой стол в форме буквы «П», за ним – хозяин кабинета (очевидно, Большой начальник), Непонятный и Семен Барский, повзрослевший еще лет на 10. На стене портрет Брежнева, карта, вымпелы, грамоты.

Семен. Александр Македонский – он, конечно, великий полководец, но зачем же мебель крушить?

Большой начальник (трясет пальцем). Ты мне это, Барский, прекрати!

Непонятный тоже в возмущении трясет пальцем.

Я тебе сказал: без партизанщины! Разведку в районе Северокаменки остановишь сегодня же! (Подходит к карте.) Все вверенное тебе оборудование передислоцируешь сюда (тычет к карту), в район Батайской. Ясно?

Семен. Нет, не ясно.

Большой начальник. Что тебе не ясно?

Семен. Зачем?

Большой начальник. Опять двадцать пять! Повторяю в сто семнадцатый раз для непонятливых. В район обнаруженного месторождения будет подведена инфраструктура, возникнет крупный промышленный центр.

Барский приближается и наблюдает за этой сценой.

Северокаменка расположена здесь (тычет в карту), в трехстах километрах от крайцентра. А Северокаменка – здесь (тычет в карту), всего в сорока километрах. Ну, что на это скажешь?

Семен (подскакивает к карте). А то и скажу…

Оттого, что оба стучат по карте, сотрясается посуда в шкафу, ее звон и грохот по сене несколько заглушает голос спрощех. Непонятный то и дело грозит Семену указательным пальцем. Пробиваютсякрики: «…Если начинать здесь…» – «…Без всяких "если"! С точки зрения государственных интересов!..» – «А если без демогогии!..» – «Ну что вы, ей-богу, за племя такое?!» – «Ага, знакомая тема!..»

Отчетливее слышен голос Барского.