Атмосфера в комнате накалилась до предела, когда он добавил:

— Вы разрешите мне задать этот вопрос?

Глава XVII

Свет лампы возвращал бронзовым волосам Фэй теплые тона, но ее холодное лицо застыло в ожидании.

— Вопрос — о чем? — Она невольно прижалась к серванту и подняла руку, словно защищая лежащий сзади портфель; Майлз едва не вскрикнул, чтобы ее остановить.

— Вопрос, — ответил Хэдли, — касающийся ночного испуга мисс Хеммонд. — Рука Фэй снова бессильно опустилась. — Мне кажется, — продолжал Хэдли, — надо начинать с самого начала. Не смотрите на мой блокнот, мисс Сетон, это не допрос. Я буду говорить только о том, что просил меня отметить доктор Фелл. — Его глаза устремились на удостоверение с видом на жительство, которое она все еще держала в руке. — Или вы отказываетесь отвечать на вопросы, мисс Сетон?

— Разве я… когда-нибудь отказывалась?

— Спасибо. Тогда обратимся к несчастному случаю, происшедшему с мисс Марион Хеммонд…

— Я тут ни при чем!

— Мы не всегда вольны над собой, — сказал Хэдли, — над своими поступками и их последствиями. — Он произнес это очень серьезным тоном. — Но прежде хочу сказать, — быстро добавил Хэдли, выразительно округлив глаза, — что сейчас мы не говорим о чьих-нибудь преднамеренных преступных действиях или неосознанном проступке. Мне просто надо… как бы это сказать… получить четкое представление обо всем случившемся. Насколько я понимаю, вы были последним человеком, с которым общалась Марион Хеммонд до того, как ее… напугали.

Фэй машинально кивнула.

— Вы ушли из спальни, оставив ее там бодрой и веселой, в… в котором часу?

— Примерно в полночь. Я говорила об этом доктору Феллу.

— Да, верно. Говорили. Мисс Хеммонд уже приготовилась ко сну в это время?

— Да. На ней была голубая шелковая пижама. Она сидела в кресле у ночного столика.

— Теперь дальше, мисс Сетон. Несколько позже в спальне мисс Хеммонд раздался выстрел. Не припомните ли, в котором часу?

— Нет. Не имею представления.

Хэдли повернулся к Майлзу:

— Не могли бы вы помочь нам, мистер Хеммонд? Все, включая самого доктора Фелла, затрудняются уточнить час.

— Я тоже не могу вас обрадовать, — ответил Майлз, подумал и стал вспоминать вслух: — После выстрела я побежал в спальню Марион. Профессор Риго последовал за мной, а через несколько минут пришел доктор Фелл. Профессор Риго попросил меня спуститься в кухню и прокипятить шприц. Когда я оказался у плиты, было без двадцати два. Там на стене висят большие часы, и я, помнится, взглянул на них.

Хэдли кивнул.

— Значит, выстрел был произведен около половины второго или чуть позже?

— Да, думаю, так.

— Вы подтверждаете, мисс Сетон?

— Ничего не могу сказать. — Фэй пожала плечами. — Я не смотрела на часы.

— Но вы слышали выстрел?

— О да! Я еще не спала.

— Как я понимаю, вы тут же поднялись наверх и заглянули в спальню?.. Простите, мисс Сетон, я не расслышал ваш ответ…

— Я сказала, «да». — Губы Фэй ярко алели на бледном лице, глаза горели, теперь она выглядела почти так же, как прошлой ночью.

— Ваша комната находится на первом этаже?

— Да.

— Почему вы, услышав выстрел среди ночи, подумали, что он прозвучал наверху? И именно в той комнате?

— Потому что сразу после выстрела все побежали к верхнему холлу. Ведь в ночной тишине отдается каждый звук. — Впервые Фэй проявила интерес к разговору. — Я спросила себя, что могло случиться. Встала, надела халат и туфли, зажгла лампу и поднялась. Дверь в комнату мисс Хеммонд была распахнута настежь, там горел свет.

— Что же вы увидели?

Фэй осторожно облизнула губы.

— Я увидела мисс Хеммонд, она полусидела в постели с револьвером в руке. Я увидела человека по имени Риго, которого знала раньше, он стоял у изголовья кровати. Я увидела мистера Хеммонда и услышала, как профессор Риго сказал, что это — нервное потрясение и что мисс Хеммонд жива.

— Вы туда не вошли? Никого не окликнули?

— Нет!

— А что было потом?

— Потом я услышала, как кто-то тяжелый и грузный поднимается вверх по лестнице в верхний холл, — ответила Фэй. — Теперь я знаю, что это был доктор Фелл. Я притушила свою лампу и быстро спустилась вниз по черной лестнице в другом конце коридора. Он меня не заметил.

— Что вас так сильно взволновало, мисс Сетон?

— Меня? Взволновало?

— Когда вы заглянули в комнату, — Хэдли говорил нарочито медленно, — вы увидели нечто такое, что привело вас в большое волнение. Что это было?

— Я вас не понимаю!

— Мисс Сетон… — стал объяснять Хэдли, спрятав блокнот в верхний внутренний карман, — я должен был сделать необходимые уточнения, прежде чем задать вам один-единственный вопрос. Вы что-то там увидели, и это взволновало вас до такой степени, что вы даже извинялись перед мистером Хеммондом в присутствии доктора Фелла за свое, как вы сказали, глупое поведение. Вы не выглядели испуганной, вашу реакцию никак не назовешь испугом. Что вас так взволновало?

Фэй обернулась к Майлзу:

— Вы рассказали доктору Феллу?

Майлз непонимающе смотрел на нее.

— О чем?

— О том, что я говорила вам ночью, — сказала Фэй, сжимая сцепленные пальцы рук, — когда мы были на кухне и я… я несла какую-то чушь…