— Я же говорил вам, — прохрипел он, вытирая лоб. — Говорил я вам, мисс Делани. Без толку все это.

— О, не делай только такой безнадежный вид, — с раздражением сказала я. — Нам надо что-то под нее подставить на несколько секунд, чтобы перенести вес — а ты будешь стоять и держать. Где твое мачете? Ты же можешь вырезать вилку из ветви дерева.

Он провел рукой по седеющим волосам и покачал головой.

— Не ношу я мачете, мисс.

Я готова была снова сорваться на него, но сдержалась, увидев в его глазах тревогу. Он проделал долгий путь к Мониг и по верхней дороге горы Диаболо к железнодорожной станции в Эвартоне, потому что там ему дадут лучшую цену за тележку бананов, чем если бы он продавал их в Очо Риос или у залива Св. Анны.

— Ну ладно: нам не нужно ветку. Сними-ка откидной борт и привяжи его к оси веревкой. Когда мы поднимем тележку, он повиснет вниз и будет служить подпоркой — а мы станем осторожно опускать на него тележку.

Джозеф некоторое время размышлял, и наконец в его глазах зажглась надежда.

— Может, мы сможем это, мисс Делани, — проговорил он.

Задыхаясь от натуги, мы перевалили тележку на один бок и пытались опереть ее на подпорку, как я предложила, однако борт так и не подчинился нам, так что мы не смогли опереть на него всю тяжесть повозки.

— Ну, Джозеф, — задыхаясь, проговорила я, — подними еще повыше. Подпорка должна быть вертикальной.

— Верт? Как вы сказали, мисс? — с усилием пробормотал Джозеф.

— Прямой! Прямой от низу и до верху. Ты не можешь зажать его ногами? Ах нет, погоди! Ты вот-вот упадешь. О Боже! Опусти ее, Джозеф. Давай снова.

Мы опять опустили ось на землю. И руки, и блузка у меня были в грязи, и я подозревала, что я потерла грязной рукой лоб.

— Не волнуйся, — сказала я, еле переводя дыхание, но стараясь подбодрить его. — Потом получится. А теперь нам нужна веревка, чтобы заставить борт встать прямо.

Чей-то голос позади меня произнес:

— Хорошо сказано.

Я удивленно повернулась. В нескольких шагах от себя на красно-пегой лошади, которая была достаточно рослой для обычно невысоких ямайских лошадей, я увидела всадника. Он смотрел на нас с большим интересом. Видимо, он был здесь уже по меньшей мере несколько минут, а мы были слишком заняты, чтобы расслышать его появление.

На нем была красивая спортивная клетчатая куртка, белая рубашка, серые плисовые брюки, заправленные в сапоги для верховой езды. Позади была приторочена мягкая кожаная сумка. Шляпу он держал в руке. У него были весьма красивые черты лица и коротко стриженные каштановые волосы; он был чисто выбрит. На вид ему казалось лет двадцать пять. Глаза его были темно-серого цвета, и правый глаз наполовину прищурен, что придавало ему достаточно шутливый вид.

Тут Джозеф так странно охнул, что я в изумлении уставилась на него. Лицо его посерело, а глаза закатились. С огромным усилием он медленно повернулся спиной к незнакомцу, а затем встал с поникшими плечами. С того места, где я стояла, я явственно видела, как он разведенными в виде вилки пальцами тычет через плечо: то был старинный принятый в этих местах знак против дьявола.

2

Ужас Джозефа слегка уменьшился бы, если бы он имел с собой талисман оби — этакий рваный узел с перьями попугаев, гробовыми гвоздями, пылью с могильной плиты, кровью, яичной скорлупой и прочими вуду против обеа — человека, насылающего на него проклятие.

У меня едва ли было время подумать обо всем этом, так как всадник улыбнулся и проговорил:

— Позвольте поздравить вас с предпоследним усилием. Вы уже близки к успеху.

На минуту я позабыла о Джозефе. Я просто задрожала от негодования и тут же почувствовала, как мои брови сходятся на переносице. От этого я ощутила себя еще хуже, потому что мои брови были отнюдь не изящными, а когда я хмурилась, они дрожали, придавая мне весьма смешной вид.

— Я бы предпочла вашим поздравлениям — вашу помощь, сэр, — резко сказала я.

Незнакомец сжал губы и кивнул в знак согласия.

— А вы полагаете, что я смогу помочь? — дружелюбно спросил он.

— Чтобы помочь, не нужно ничего сверхъестественного, — ответила я вовсе не любезно.

Он вновь улыбнулся.

— Это верно. Но, если бы я помог, я бы лишил вас успеха, столь вами заслуженного. И мне претит мысль о том, чтобы испортить очередное достижение. — Он соскочил с седла, оставив шляпу на его луке, и принялся снимать куртку. — Меня зовут Чед Локхарт, приехал из Лондона. Я к вашим услугам.

Мой гнев испарился, когда я подумала, что незнакомец в принципе прав: мне было очень приятно, если бы наша с Джозефом попытка удалась.

— Доброе утро, мистер Локхарт. А я — Эмма Делани из Джакарандаса. Извините, что была резка с вами.

Он покачал головой и улыбнулся, расстегивая манжеты.

— Я заслужил это, мисс Делани. Боюсь, что часто мое поведение кажется окружающим странным. Любой порядочный мужчина без колебаний пришел бы к вам на помощь.