Читаем Зловещее проклятье полностью

Я откинулсь на спинку стула, размышляя. — Шутка, как я сказала Фигги. Нечто спроектированное, чтобы привлечь наше внимание.

— Но почему? — настаивал он. — С какой целью нужно было бы отправлять Анубиса в путешествие через наш сад?

— Я могу думать об одной, — сказал я ему, бросая на него осмысленный взгляд.

Ему потребовалось время, чтобы понять. — Вероника, нет. Я не могу поверить, что ребенок сделал бы что-то такое коварное.

— Она самая странная смесь женщины и ребенка, — заметила я. — И это будет не первый случай, когда девушка прибегает к театральности, чтобы привлечь внимание мужчины, которого она считает привлекательным.

Он покраснел. — Не выдумывай. Фигги совсем еще девочка.

— На пороге женственности, — настаивала я. — Она достаточно взрослая, чтобы испытывать страсть к мужчине на несколько лет старше ее.

— Даже если бы это было так, а я не признаю, что это так, — предупредил он, — как она обеспечила соучастника, который играл роль бога?

Я пожала плечами. — Фигги находчивая, — сказала я ему, повторяя то, что леди Тивертон открыла мне ранее днем.

— Я отказываюсь верить в это, — категорически сказал он.

— А кто сейчас ненаучен? — мягко сказала я. Я вернулась к своей коллекции мадагаскарских бабочек.

— Интересно, зачем она на самом деле приходила? — размышлял Стокер.

Я долго смотрела на него, удивляясь тому, что любой мужчина, который так соблазнителен, действительно может быть настолько свободен от тщеславия. — Полагаю, мы узнаем со временем, — сказала я ему.

* * *

На следующее утро я проснулась в дурном настроении, без сомнения, усугубленным тем фактом, что я не спала слишком поздно, куря мои маленькие турецкие сигареты и размышляя. Я закончила первый том мемуаров леди Тивертон и приступила ко второму, но я мало что помнила из того, что читала. Книги были привлекательными и хорошо написанными, полными как научных наблюдений, так и содержательных остроумных заметок. Были даже фотографии, сделанные во время некоторых ее путешествий, но эти изображения всегда расплывались в торжествующем лицо Кэролайн де Морган, когда она говорила нам, что ждет ребенка.

Скинув одеяла после плохого ночного сна, я вымылась и оделась, и была удивлена, обнаружив, что Стокер уже усердно работает в Бельведере, выдирая гнилые опилки изнутри своего лепного утконоса и декламирует стихи из «Кануна Святой Агнес». Он утверждал, что Китс написал стихотворение для каждого возможного настроения, и всякий раз, когда он прибегал к «Кануну Святой Агнесы», я знала, что он нуждался в энергичном развлечении. Он только что начал довольно дерзкий пассаж, когда я его прервала.

— Эта вещь определенно выглядит дикой, — заметила я.

— Не будет, когда я закончу, — мягко ответил он.

Я заметила последнюю копию The Daily Harbinger, аккуратно сложенную в стороне. По ярким заголовкам я могу сказать, что Дж. Дж. Баттеруорт еще раз обошел своих соперников.

АНУБИС БРОДИТ ПО ЛОНДОНУ

Я не могла сдержать свое отвращение. — Как, черт возьми, Баттеруорт обнаружил это? — потребовала я ни от кого конкретно.

Стокер вынул из утконоса разбитые кусочки стеклянного глазного яблока и бросил их на пол. — Старый Бог был замечен около Стрэнда прошлой ночью.

Я подняла брови. — Стрэнд? Ты имеешь в виду возле отеля Садбери. Звучит так, как будто этот бог нанес им визит после того, как покинул нас.

— Не совсем в таком порядке, — поправил он. — Обрати внимание на время. Анубис был замечен в отеле почти в то же время, когда мы его видели. Есть два Анубиса. Можно ли назвать их Ануби?

— Это невозможно, — репрессивно указала я. — Он не может быть в двух местах одновременно.

— Если он на самом деле не бог. Я полагаю, ты хотела обсудить эту возможность прошлой ночью.

Я вздохнула и отказалась попадаться на удочку. — Итак, у нас есть пара трикстеров, принимающих облик египетского бога и бегающих по городу. — Я задумчиво наклонила голову, обдумывая щедрый заголовок. — Я почти могу заподозрить самого Дж. Дж. Баттеруорта в том, что он приложил к этому руку, если бы не тот факт, что мы видели Анубиса собственными глазами.

Стокер остановился, обдумывая. — Он все еще может стоять за этим. Нет фотографий, только показания очевидцев, имена которых не указанны. Баттеруорт, возможно, выдумал все это, как отвлечение от того факта, что он на самом деле был здесь, играя в переодевание.

— Но с какой целью? Полагаю, бегать по городу под видом Анубиса, безусловно, способ повысить интерес к проклятию и продавать газеты.

— Вероятная мотивация для репортера, — сказал он, возвращаясь к своему утконосу. — История посещения Анубисом Лондона будет распространяться. Публика сойдет с ума, увидев сокровища, которые раскопали Тивертоны. Кроме того, я хотел бы отметить, что ты обидела Фигги Тивертон. Очевидно, она не запланировала свое появление здесь, чтобы проводить время со мной, — добавил он с торжествующей улыбкой.

Я сдалась неохотно. — Очень хорошо. Я полагаю, это было несколько… — я искала слово.