Читаем Зловещее наследство полностью

— Вы — прелесть, — сказала она, — милая, чуткая прелесть. Однако вы должны последить за собой. — После глубокого вздоха мадам продолжала более прозаически: — Я не давила до тех пор, пока доктор не сказал мне, что мистеру Крайлингу осталось жить не более шести месяцев. Я была в отчаянии: ни страховки, ни пенсии. Мне представлялось, что нищета вынудит меня оставить ребенка на ступенях приюта.

Арчери такого себе представить не мог. К тому времени Элизабет была крепким пятилетним сорванцом.

— Продолжайте, — сказал Чарльз, — очень интересно.

— «Вам следовало бы составить завещание, — сказала я своей подруге. — Я схожу и получу для вас форму завещания. Тысяча или две имели бы большое значение для моей крошки. Вы знаете, как она радовала вас последние годы, а что когда-либо для вас сделали ваши внуки? Ни черта, я думаю».

— Но разве она не сделала завещания? — спросил Арчери.

— Что вы об этом знаете? Дайте мне самой все рассказать. Это было примерно за неделю до ее смерти. Я тратила неделю за неделей, чтобы получить форму для завещания, а в это время бедный, заброшенный мною мистер Крайлинг угасал. Но заполнит ли она эту проклятую форму? Только не она, старая корова. Я была вынуждена использовать всю силу убеждения. Каждый раз, когда я говорила хоть слово, эта ее сумасшедшая старая служанка вставляла палки в колеса. А потом эта старая дева — Флауэр ее звали — получила сильную простуду и должна была оставаться в постели. «Вы больше не думали, как распорядиться вашим состоянием?» — спросила я свою старую подругу в обычной легкой манере. «Может быть, я бы сделала что-нибудь для Лиззи», — сказала она, и я поняла — вот он, мой удобный случай. Я слетала через дорогу. Мне, знаете ли, не хотелось самой выступать свидетелем спектакля в пользу моей крошки. Пришли миссис Уайт, моя соседка, и леди, помогавшая ей по дому. Они были просто в восторге, ведь, как говорится, это внесло некоторое разнообразие в их скучную жизнь.

Арчери хотел сказать: «Но миссис Примьеро скончалась, не оставив завещания» — и не осмелился. Любой намек на то, что он знает об этом деле, — и повествование пришло бы к концу.

— Ну, мы все это переписали. Я — великий книгочей, мистер Арчери, так что была в состоянии изложить все правильным языком. «Кровь мутнее воды», — сказала моя старая подруга, — она бредила, — но подписала внукам только по пятьсот каждому. И восемь тысяч для моей крошки при моем попечительстве до того, как ей исполнится двадцать один. И немного оставила Флауэр. Моя подруга горько плакала. Полагаю, она осознала, как безнравственно она поступила, что не сделала этого раньше. Такие вот дела. После чего выпроводила миссис Уайт и вторую леди — куда больших дур, чем я, хотя в то время я этого не знала. Я обещала хранить завещание, что и делала. Она не должна была упомянуть в нем еще кого-нибудь. И — поверите ли? — неделей позже она встретила свою смерть.

Чарльз невинно заметил:

— Это был хороший старт для вашей дочери, миссис Крайлинг, несмотря на то что потом случались и неудачи.

И изумился, когда она резко встала. Она побледнела как тогда, в суде, глаза сверкнули.

— Кое-что она получила, — глухо сказала она, — от родственников ее умершего отца. Это была благотворительность, холодная благотворительность. «Посылайте мне ее школьные документы, Джози, — сказал мне ее дядя. — Я буду оплачивать их напрямую, а ее тетушка может пойти с нею, чтобы приобрести форму. Если вы думаете, что она нуждается в лечении нервов, ее тетушка также может сходить с ней на Харли-стрит».

— А что же с завещанием?

— Это проклятое завещание! — вскричала миссис Крайлинг. — Оно оказалось незаконным. Я обнаружила это только после ее смерти. Я отнесла его к Квадрантам, солиситорам, что на Хай-стрит. Старый мистер Квадрант тогда был еще жив. «Что это за исправления?» — спросил он. Ну, я посмотрела — и что ж! Старая корова набросала огромное количество дополнительных пометок, пока я была у входной двери с миссис Уайт. Пометки и размазанные каракули. «Они лишают бумагу всякой законной силы, — сказал мистер Квадрант. — Вы должны заставить свидетелей подписать их или иметь дополнение. Вы можете побороться за это, — сказал он, понимая, что я осталась на бобах, и неприязненно оглядывая меня с ног до головы, — но я не сказал бы, что у вас много шансов».

К ужасу Арчери, она вылила поток такой брани, какой он никогда прежде не слышал. Появилась менеджер и взяла ее за локоть:

— Уходите. Вы не можете здесь находиться.

— Господи, — сказал Чарльз после того, как она была выдворена, — я вижу, ты смутился.

— Должен признать, что ее словарь меня немного шокировал.

Чарльз посмеивался:

— Это вообще не годится для твоих ушей.

— Хотя это все же было познавательным. Теперь ты собираешься побеспокоить Примьеро?

— Во всяком случае, не повредит.