Читаем Злой рыцарь полностью

Мое тело сталкивается с ее телом на мгновение, прежде чем ее спина ударяется о стену позади нее.

Ее кожа влажная от пота, линия волос влажная, но, черт возьми, если это не заставляет меня хотеть ее еще больше.

Весь воздух вырывается из ее легких, когда я бросаюсь вперед, наконец-то давая ей то, о чем она просила, и прижимаюсь губами к ее губам, заставляя мой язык проникнуть в ее рот.

Я целую ее так, словно это единственный шанс, который у меня когда-либо будет, когда поднимаю ее с пола, обхватывая ее ноги вокруг своей талии.

Ее тело следует моему примеру, когда она растворяется в нашем поцелуе, вкус ее соленых слез попадает мне на язык.

Нуждаясь в большем, я отрываю свои губы от ее и провожу языком по ее щеке, собирая ее слезы и превращая их в свои собственные.

«Она заплатит за это, Чертовка. Я, блядь, обещаю тебе это.»

«Себ, пожалуйста», — умоляет она. Отчаяние в ее голосе заставляет меня забыть свое гребаное имя, когда я снова завладеваю ее губами, просовываю руку под ее легинсы и нахожу ее скользкой для меня. «Пожалуйста», — снова шепчет она в наш поцелуй.

Когда я втираю круги вокруг ее клитора, ее голова откидывается к стене, и наше отражение бросается в глаза в зеркале рядом с нами.

Черт, это горячо.

Облизывая ее шею, я провожу носом по раковине ее уха, опускаю пальцы ниже и погружаю их в нее.

«Кончай, Чертовка. Позволь мне снова услышать, как ты выкрикиваешь мое имя.»

«О Боже», — хнычет она, ее киска пытается втянуть меня глубже, пока я тру ее чувствительные стенки. «Себ. Себ,» плачет она. Каждый раз, когда она повторяет мое имя, она становится громче, пока, наконец, не падает через край.

Я смотрю, как ее глаза захлопываются, а губы приоткрываются, когда удовольствие охватывает ее лицо, ее киска затягивает мои пальцы глубже, когда она теряет себя.

«Черт, ты прекрасена, когда кончаешь».

Она замирает на мгновение, и мое сердце подпрыгивает к горлу, меня охватывает ужас.

Она не может сейчас закрыться от меня. Она просто не может.

В ту секунду, когда она открывает глаза и встречается с моими, я вздыхаю с облегчением.

«Трахни меня, Себастьян. Заставь меня забыть мое собственное имя.»

«Сделано».

Поставив ее на ноги, я опускаюсь на колени и стаскиваю с нее легинсы и трусики, пока она скидывает кроссовки, позволяя мне стянуть одежду с ее тела.

«Бинго», — говорю я, засовывая сегодняшние трусики в карман своих шорт, ухмылка растягивает мои губы, когда она наблюдает за мной.

«Урод».

«Да, и что-то подсказывает мне, что ты не можешь насытиться».

Не позволяя ей спорить с тем, что мы оба уже знаем, я подталкиваю ее к зеркальной стене и прижимаю к ней лицом.

Она ахает, когда прохлада стекла сталкивается с ее разгоряченной кожей, но она не спорит, когда я прижимаю ее ладони к стеклу, беру ее бедра в свои руки и тащу ее назад, именно туда, куда я хочу ее.

«Не двигай ими. И не закрывай глаза. Ты будешь смотреть, как я трахаю тебя. Посмотри, что именно я делаю с тобой и как сильно тебе это нравится».

Ее губы приоткрываются, чтобы ответить, но моя ладонь натыкается на тот же участок кожи на ее ягодице, по которому я ударил в воскресенье вечером.

Ее кожа вспыхивает красным еще до того, как я двигаю рукой. Мой член дергается при виде этого, и он начинает плакать, когда она выгибает спину, предлагая мне себя.

«Ты собираешься выполнить свое обещание или собираешься уйти?»

«Черт», — рявкаю я, спуская шорты на задницу и обхватывая рукой свою твердую длину. «Я никогда не отступаю от вызова, Чертовка. Я думал, ты уже должна была это усвоить.»

Я не даю ей шанса подготовиться. Вместо этого я нахожу ее вход и вонзаюсь глубоко внутрь, ее скользкая киска позволяет мне полностью проскользнуть одним быстрым движением.

«Да», — кричит она, ее горячие руки слегка скользят по зеркалу, когда ее глаза закрываются.

«Глаза, Чертовка. Я хочу твои гребаные глаза.»

Ее синий цвет немедленно сталкивается с моим темным в зеркале, и я начинаю двигаться, рассказывая ей все, что я ненавижу в ней, через нашу молчаливую связь… только в какой-то момент я боюсь, что, возможно, отдаю слишком много.

«Кончай для меня», — рявкаю я, моя рука опускается на ее задницу еще раз, заставляя ее кричать, когда ее киска сжимается так сильно, что я почти кончаю без предупреждения.

Я могу быть пиздой во многих, многих отношениях, но я позабочусь о том, чтобы сегодня вечером она была на первом месте, даже если это убьет меня.

Запустив кулак в ее волосы, я оттягиваю ее голову назад, заставляя ее спину выгибаться, так что я бью ее в то место, которое, я знаю, заставит ее закричать.

«Кончай, Стелла. Сейчас.»

Протягивая руку вокруг нее, я нахожу ее клитор, щелкая по нему, пока она не рассыпается вокруг меня, увлекая меня за собой.

«Срань господня», — выдыхает она, ее резкое дыхание затуманивает зеркало, прежде чем она втягивает голову в плечи, пытаясь взять себя в руки.

Я выхожу из нее и отстраняюсь, делая два шага назад.

Через мгновение она встает и поворачивается ко мне, совершенно не заботясь о своей наготе. Ее уверенность просвечивает насквозь, и это грозит заставить мой член снова встать по стойке смирно.