Читаем Злой рыцарь полностью

В ту же секунду, как он закончил, он отодвигается и поднимает меня на ноги. Его глаза впиваются в мои на две секунды, прежде чем руки обвиваются вокруг моей талии, и я обнаруживаю, что лечу по воздуху.

«Какого хрена ты делаешь?» Я кричу, у меня кружится голова. Я выпила слишком много водки, чтобы висеть вверх ногами.

Он вылетает из кухни, а я пялюсь на его круглую задницу, которая прямо у меня перед носом.

Протягивая руку, я беру в ладонь один твердый шарик и сжимаю так сильно, как только могу.

«Опусти меня нахуй, придурок», — кричу я, когда его ладонь касается моей задницы.

Я ерзаю на его плече, дрыгая ногами, пытаясь заставить его опустить меня, но все, что он делает, это крепче прижимается.

Мы проходим в другую комнату, и дверь за нами захлопывается, отрезая нас от грохочущей музыки и всех этих людей.

Мое сердце подпрыгивает к горлу, зная, что мы одни, и моя голова кружится от мыслей о том, что может произойти дальше.

Отчаянная боль пронзает мои мышцы, и я тру бедра друг о друга, чтобы унять ее, хотя это очень мало помогает.

«Не притворяйся, что тебе это не нравится, Чертовка. Я знаю, что ты чертовски мокрая от того, что сосешь мой член. Я чувствую это по запаху.»

Мои ноги касаются пола за секунду до того, как моя спина ударяется о стену, и его рука находит свой дом на моем горле, сжимая с самым восхитительным нажимом.

Мои губы презрительно скривились, когда я уставилась на него. Я могу сколько угодно притворяться, что не хочу, чтобы он был рядом со мной прямо сейчас, но мы оба знаем, что это гребаная ложь.

«Так что ты собираешься с этим делать?»

Его пальцы сгибаются, как будто он физически пытается сдержаться, чтобы не выдавить из меня жизнь.

Я бы хотела посмотреть, как он попытается.

Его другая рука протягивается, и в мгновение ока мое платье без бретелек и лифчик оказываются у меня на талии, а его губы направляются прямиком к моему соску.

Моя голова откидывается к стене, когда он засасывает меня в свой горячий рот.

«Да», — кричу я, мои пальцы запускаются в его волосы, чтобы удержать его на месте — не то, чтобы он нуждался в моей поддержке.

Он набрасывается на меня, как изголодавшийся человек, и я с радостью позволяю ему это.

«Ах», — кричу я, мои пальцы впиваются в его волосы, пока, должно быть, не становится больно, когда он впивается зубами в мягкую кожу моей груди. «Еще. Черт.»

«Гребаная шлюха», — бормочет он, проводя языком вверх по моей груди, пока не достигает шеи.

Отчаянно желая его, я откидываю его волосы назад, заставляя его посмотреть на меня.

«Поцелуй меня».

«После того, как ты уже отдала свои губы кому-то другому? Я, блядь, так не думаю».

Я наклоняюсь вперед в попытке забрать их в любом случае, но его хватка на моем горле усиливается, и в итоге я зависаю всего в миллиметрах от своей цели.

«Я не делюсь своими игрушками», — шипит он.

«И что заставляет тебя думать, что я делюсь?» Я рычу, пробегая глазами вверх и вниз по его телу.

«Я не помню, чтобы касался или целовал кого-то еще сегодня вечером, Чертовка».

Образ рук Тиган по всему его телу всплывает в моей голове, заставляя мой желудок сжаться в узел.

«Хотя, может быть, мне и следовало это сделать, потому что ревность тебе идет».

«Пошел ты. Ты можешь выйти туда и трахнуть любую из этих шлюх, если хочешь».

Его глаза удерживают мои, ища ложь, которая, как он знает, там есть. Хотя я бы позволил этому случиться. Я бы даже, блядь, посмотрел, просто чтобы доказать свою точку зрения.

«Черт», — рявкает он, снова утыкаясь лицом в мою шею и посасывая участок кожи под моим ухом, пока у меня не остается сомнений, что я буду носить метку несколько дней.

Отпуская мое горло, его руки скользят вверх по моим бедрам, забирая с собой платье, прежде чем он поднимает меня с пола, обхватывая мои ноги вокруг своей талии.

«Черт, Чертовка. Ты так красиво оделась для меня сегодня вечером», — рычит он мне на ухо, заставляя все виды безумных вещей происходить к югу от моей талии.

«Единственный человек, для которого я одеваюсь, — это я сама».

«Чертовка», — предупреждает он, когда его пальцы находят складной нож, заткнутый за мою подвязку.

Он вытаскивает его и держит розовый нож между нами, щелкая лезвием.

«Ха», — бормочет он, поворачивая его и вбирая в себя. «На секунду мне показалось, что часть меня была привязана к твоему телу всю ночь».

«Почему, черт возьми, я должна этого хотеть?»

Его глаза остаются прикованными к острию лезвия, когда он двигает его вперед и прижимает плашмя к моей нижней губе.

«Скажи мне, Чертовка. У тебя были намерения ударить кого-нибудь ножом сегодня вечером, или ты действительно надеялась, что я использую это на тебе?»

Мои глаза сужаются. «Я могу заверить тебя, у меня не было никаких намерений видеть тебя сегодня вечером».

«И все же мы здесь».

«Да, сегодняшний вечер был полон всевозможных сюрпризов».

Он резко втягивает воздух, подтверждая то, что я уже знала. Он знает гораздо больше, чем говорит мне.

«Это точно так и есть». Нож опускается над моим подбородком и начинает путешествие вниз по шее, острие царапает кожу, но не настолько, чтобы потекла кровь.