Читаем Зимний убийца полностью

— Один из прихожан, когда Фил не появился на утренней мессе, — ответил Карр. — Передняя дверь была незаперта, в доме горел свет, но никто не ответил на звонок. Тогда они заглянули в окна гаража и увидели, что машина на месте. Наконец один из них решил войти и нашел его здесь. Они сразу поняли, что он мертв — достаточно на него посмотреть, — и тут же вызвали нас.

— Тебя или городскую полицию?

— Диспетчер передает сообщение всем. А полиция Гранта патрулирует только с семи утра до закрытия баров. Ночь контролируем мы.

— Значит, вы приехали сюда и все выглядело именно так?

— Да, если не считать того, что Джонни — помощник шерифа, который появился здесь первым, — взял записку, а потом передал ее еще одному парню. Кроме того, она побывала в руках у меня. Больше никто к ней прикасался. Возможно, мы все испортили, — признался Карр.

— Где она сейчас?

— Лежит на обеденном столе, — ответил шериф. — Но это еще не все. Пойдем.

— Я бы хотела осмотреть его, — сказала доктор, наклоняясь над телом.

Лукас бросил последний взгляд на Бергена, кивнул Уэзер и последовал за Карром через гостиную и кухню в прихожую, а оттуда в гараж. Крышка багажника «Гранд чероки» была поднята. Там лежали пистолет и странный нож, похожий на мачете. Складывалось впечатление, что нож сделан кустарным способом. У него была деревянная рукоять, обмотанная клейкой лентой, и лезвие прямоугольной формы. Лукас наклонился и увидел темные засохшие сгустки. Возможно, кровь.

— Это тесак для кукурузы, — пояснил Карр. — Теперь такие встречаются редко.

— Они так здесь и лежали?

— Да. Тесак упоминается в записке, и пистолет тоже. Господи, кто бы мог подумать…

— Дайте мне прочитать записку, — перебил его Лукас.

Записка была напечатана на фирменном бланке прихода.

— Насколько я помню, у него была электрическая пишущая машинка, — сказал Лукас.

— Да, стоит в его кабинете.

— Ясно…

В записке было написано следующее:

Внизу стояла подпись шариковой ручкой:

И еще ниже:

— Это его подпись?

— Да. Я сразу узнал ее. А слова о сосне имеют для меня особый смысл.

В комнату вошел эксперт-криминалист Крейн. Он услышал вопрос Лукаса и ответ Карра и сказал:

— Мы отправляем записку в Мэдисон. Возможно, с ней возникнут проблемы.

— А в чем дело? — поинтересовался Лукас.

— Когда шериф Карр передал твои слова о том, что это может оказаться убийством, мы стали действовать с максимальной осторожностью. Если посмотреть на записку и на подпись, — он вытащил из кармана маленькую лупу и протянул ее Лукасу, — то в нескольких местах возле подписи можно увидеть маленькие следы от стержня без чернил.

— И что? — спросил Лукас, наклоняясь над запиской.

Следы были слабыми, но он заметил их.

— Когда люди хотят подделать подпись, они берут оригинал, например чек, и кладут поверх листа, на котором хотят воспроизвести его. Затем человек обводит настоящую подпись чем-то заостренным вроде шариковой ручки, сильно нажимая на нее. На бумаге остаются отпечатки, которые он и обводит. Это довольно трудно заметить, если фальсификатор делает свою работу тщательно. Новая подпись в таком случае имеет все особенности оригинала.

— Но ты считаешь, что это подделка?

— Вполне возможно, — сказал Крейн. — Есть еще пара деталей. Наш специалист по дактилоскопии собирался обработать суперклеем бутылку от виски и флакончики от лекарств. Он сразу заметил отпечатки на стекле. Но все бутылки оказались идеально чистыми, если не считать следов пальцев. Словно кто-то протер их перед тем, как их взял Берген, или оставил отпечатки священника после того, как он умер. Не осталось смазанных следов или каких-то посторонних частичек, только чистые отпечатки. Слишком четкие и аккуратные. Похоже, это сделали специально.

— Мерзавец, — пробормотал Карр, переводя взгляд с эксперта на Лукаса.

— Впрочем, это может ничего не значить, — добавил Крейн. — Я бы сказал так: вероятность того, что это самоубийство, весьма велика. Но…

— Но? — повторил шериф.