Читаем Зимний убийца полностью

— Послушай-ка, — начала Уэзер, ткнув фотографией в сторону Лукаса. — Джим Харпер занимался запретным сексом, и я не верю, что Расс не знал об этом. Если кого-то шантажировали, то этим занимался именно он.

Лукас еще раз задумчиво посмотрел на снимок.

— Ты права. Нам нужно взять его в разработку. И пусть об этом станет известно. Может быть, наш убийца попытается добраться до него, или Харпер назовет имя.

Он прошелся по гостиной, прикасаясь к разным предметам, принадлежащим Уэзер: фотографиям ее родителей, фарфоровой куколке фирмы «Хаммел».

— Если мы сумеем столкнуть Шонекеров и Харпера… Хм…

Он аккуратно сложил фотографию и засунул ее в свой бумажник так, чтобы она всякий раз попадалась на глаза, когда он будет за что-нибудь платить.

— Как ты себя чувствуешь?

Уэзер пожала плечами.

— Я устала, но спать не могу. Наверное, мне немного страшно.

— Тебе нужно уехать. Навести каких-нибудь друзей в Миннеаполисе.

Она покачала головой.

— Нет. Я не стану менять из-за него свой образ жизни.

— Довольно глупо.

— И что с того? — вскинулась Уэзер. — А как ты? Устал?

— После долгой езды на машине все тело затекло, — ответил Лукас, зевая и потягиваясь.

— Когда я купила этот дом, то сделала только одно существенное изменение — серьезный ремонт в ванной комнате. Теперь у меня есть гидромассаж. Почему бы тебе не полежать в горячей воде? А я пока приготовлю поесть.

— Замечательная идея, — ответил Лукас.

Ванна выглядела так, словно была отделана черным мрамором, а ее длина составляла не менее шести футов. Лукас наполнил ее наполовину, немного повозился с панелью управления. Наконец моторчик заработал, и Лукас забрался в ванну. Оказалось, что если положить голову на край, то тело будет свободно парить в горячей воде. Тепло позволило ему быстро расслабиться, усталые мышцы отдыхали.

Фотография должна стать ключом ко всему делу, и теперь она у него есть. Почему же он ничего не видит на ней? Что он пропустил?

Дверь ванной комнаты распахнулась, и вошла Уэзер в халате, с бутылкой вина в руках. Лукас смутился и сел, но она сбросила халат и голой ногой попробовала воду.

У нее была маленькая крепкая грудь, гладкая гибкая спина и длинные ноги.

— Горячо, — сказала она, забираясь в дальнюю часть ванны.

Лукасу показалось, что она покраснела; впрочем, возможно, все дело было в жаре.

— А как насчет еды? — спросил он.

— Ты на нее смотришь, милый, — ответила Уэзер.

На четвертый день расследования Лукасу казалось, что он провел в округе Оджибве целую вечность. И что он очень давно знаком с Уэзер.

Лукас вошел в офис шерифа в начале девятого. День обещал быть теплым: температура поднялась выше нуля, на улицах появились мокрые пятна в тех местах, где растворяющие лед химикаты справились со снегом. Небо оставалось свинцово-серым. Но, несмотря на тучи над головой, Лукас ощущал легкость. Он чувствовал, что изменился.

Он все еще ощущал аромат Уэзер, хотя и не был уверен в его реальности — быть может, все это существовало лишь в его воспоминаниях.

А вот Карр легкости не чувствовал. Если в день убийства Лакортов он был здоровым и розовым, то теперь его утомленное лицо посерело. Он не выглядел ни голодным, ни истощенным, а просто иссохшим, словно умирал от жажды.

— Привез фотографию? — сразу спросил он.

Лукас протянул ему порнографический журнал, открытый на странице с Джимом Харпером.

— Это он? — спросил шериф, разглядывая снимок.

— Да. Во всяком случае, именно это прятали у себя Лакорты.

Карр поднес журнал к свету, чтобы лучше рассмотреть. В кабинет вошел Генри Лейси, кивнул Лукасу, и шериф протянул ему фотографию.

— Кто это, Генри? Ты знаешь этого толстяка?

Лейси бросил взгляд на снимок, а потом посмотрел на Лукаса.

— Я ничего такого не вижу. Может, я что-то упускаю?

— Не думаю, — ответил тот.

Карр принялся грызть ноготь большого пальца, затем, поймав себя на этом, быстро опустил руку на письменный стол. Его движения были отрывистыми, судорожными. Чувствовалось, что он совершенно измотан.

— Когда ты спал в последний раз? — спросил Лукас.

— Не помню, — рассеянно ответил шериф. — Кто-то должен мне сказать, что делать дальше.

— Насколько хорошо ты знаком с редактором «Реджистера»? И ребятами с радиостанции?

— В одинаковой степени, — ответил Карр, повернулся вместе с креслом и посмотрел в окно на гараж. — В общем, достаточно близко. Дэнни Джонс — брат Боба Джонса.

— Директора средней школы?

— Точно. По средам мы обычно играем в покер. По крайней мере, играли до того, как это произошло.

— Если ты прямо скажешь ему, что́ нужно передать по радио или написать в газете, чтобы довести дело до конца, он поверит тебе? — спросил Лукас.

Продолжая смотреть в окно, Карр обдумал вопрос.

— В данном случае, пожалуй, да.

Лукас рассказал, чего он хочет. Они должны обратиться к окружному прокурору, показать ему фотографию Джима и получить ордер на арест его отца. Харпера обвинят в распространении детской порнографии и посадят в тюрьму.

— Через двадцать минут его выпустят под залог, — сказал Лейси.