Читаем Зимний убийца полностью

Пуля двадцать второго калибра вошла в шею под челюстью и проникла чуть выше, параллельно языку, после чего застряла в мягких тканях в задней части гортани. Когда Лукас попытался вдохнуть, кусочек ткани размером с десятицентовую монетку попал в дыхательное горло и едва не послужил причиной смерти. Уэзер все исправила за час работы у операционного стола в больнице Линкольна.

— Доверься женщине — и не успеешь оглянуться, как она перережет тебе горло, — сказал Лукас.

— Ах так? Тогда я не стану рассказывать тебе про Шонекеров.

— Что? — Он попытался сесть, но доктор заставила его лечь обратно. — Их наконец нашли?

— Они разбили палатку в Нижней Калифорнии. Вчера вечером Шонекеры воспользовались кредиткой, чтобы расплатиться за бензин, и их обнаружили сегодня в десять часов утра по нашему времени. Звонил Генри Лейси, он сказал, что они все отрицали, но одна из девочек начала говорить и не могла остановиться. Возможно, Генри слетает туда с парой полицейских, чтобы вернуть Шонекеров.

— Замечательно. Они могут вынудить Шонекеров рассказать о других.

— Они? А разве ты не собираешься помочь им?

Лукас покачал головой.

— Теперь это не моя территория. Мне нужно что-то решить. Возможно, я вернусь в Миннеаполис.

— Хм, — пробормотала доктор.

— Боже мой, — сказал Лукас, почувствовав, как изменилось настроение Уэзер. — Я надеялся, что ты поможешь мне принять решение. Так или иначе, но ты будешь рядом?

— Нам нужно поговорить. Как только ты отсюда выйдешь.

— Что это значит? Ты не хочешь быть со мной?

— Хочу, но нам нужно все обсудить, — ответила она.

— Хорошо.

В дверь постучал Шелли Карр.

— Время приема посетителей?

Он держал в руках шерстяную шапку с наушниками.

— Заходи, — прохрипел Лукас.

Карр спросил его о самочувствии, и Лукас ответил, что он в полном порядке.

— Что нового по Харперу? Уэзер сказала, что вы нашли его машину.

— Да, возле озера. Там расположено много рыбачьих хижин, в общем, популярное место. Мы полагаем, что он там встретил кого-то и его подвезли, поэтому не можем объявить его в розыск. Бог знает, где он сейчас, но мы продолжаем поиски.

— Ты хорошо выглядишь, — заметил Лукас.

— Немного отдохнул, — ответил шериф.

— Ты говорил с Джином?

— Да. Он по-прежнему в своем коттедже, — сказал Карр. — Сидит там безвылазно, смотрит телевизор и читает. Я немного беспокоюсь.

— Ему требуется помощь профессионального психиатра, но он не станет к нему обращаться, — сказала Уэзер. — Мужественные парни никогда так не поступают.

— Да, я знаю, каково ему, — сказал Лукас. — Это как с церковью. Если ты не веришь, то и ходить туда нет никакого смысла. Он должен справиться сам.

— Это так странно, — сказал Карр. — С ним все было в порядке, пока он не отправился на ее похороны. Ему не следовало это делать, я говорил ему.

— Вероятно, он считал, что должен, — предположил Лукас.

— Да, ты прав, — неохотно согласился шериф. — Но как только Джин увидел ее лицо, он сломался. Она выглядела как настоящий ангел. Ты ведь знаешь про его дочь.

— Да.

Они немного посидели молча.

— Мне пора идти, — сказал Карр и похлопал Лукаса по колену. — Поправляйся скорее.

— Шелли очень неплохо справился с этой историей с политической точки зрения, — сказала Уэзер, когда за шерифом закрылась дверь. — Лейси позаботился о том, чтобы все узнали об участии Карра в переговорах с Хэлпером.

— Ну, для этого требовалось немалое мужество, — заметил Лукас.

— И получилось, что все мертвецы просто… мертвы. Сейчас об этом перестали говорить. А прошло меньше недели.

— Так всегда бывает, — со вздохом ответил Лукас.

— Ты читал газеты?

— Медсестра принесла их утром, после того как ты ушла, — сказал он.

— Там отличная фотография — Шелли с парнями из ФБР получил всю славу. Меня это взбесило, — призналась Уэзер.

— Он просто делает свою работу, — кротко ответил Лукас.

Вся эта история изрядно позабавила его.

— Я знаю. Кстати, мы с ним поговорили о его жене. «Возможно, вам лучше развестись», — сказала я Шелли.

— И как он отреагировал?

— «Развод — это грех». Таким был его ответ.

— Закрой дверь, — попросил Лукас через пару минут.

Уэзер посмотрела на дверь, подошла к ней и захлопнула, затем вернулась к Лукасу и поцеловала его, сев на край кровати. Ему нельзя было поворачивать голову, но руками он двигать мог и прижал Уэзер к себе изо всех сил.

Наконец она со смехом отстранилась и поправила волосы.

— Господи, как трудно не воспользоваться твоим нынешним состоянием!

— Послушай, у меня не слишком все и болит. Так что иди сюда.

Он потянулся к ней, но она легко увернулась и отошла на шаг от постели.

— Я имела в виду вовсе не твое ранение. Речь шла о том, что ты в меня влюбляешься.

— Неужели?

— Можешь поверить мне на слово, — сказала она, снова приблизилась к нему и быстро поцеловала в лоб. Лукас попытался удержать ее, но она отскочила назад. — Постарайся отдохнуть. Когда ты встанешь, силы тебе понадобятся.

— У тебя отвратительное чувство юмора, как у копа. И ты за ним прячешься. Как полицейский, — проворчал Лукас.

Улыбка на лице Уэзер стала менее уверенной.

— Наверное, так оно и есть.