Читаем Зимний убийца полностью

Убийца уже почти добежал до рощи. Оставалось сделать всего несколько шагов, когда пуля вошла ему в спину между позвоночником и лопаткой. Он упал лицом вниз, пули рвали ветви тополя над головой. Разум стал прозрачным, как лед, а тело горячим, словно пламя.

Он услышал новую серию выстрелов. Очереди входили в стволы деревьев, сбивали ветки, потом раздался выстрел совсем с другой стороны. Убийца поднялся на ноги. Боль давила ему на плечи, как тысячефунтовый рюкзак. Беглец углублялся в лес. Но ноги не держали его, и пришлось сесть. Неожиданно щедрый свет позволял ему видеть очертания деревьев вокруг, и он, спотыкаясь, побрел под углом к дороге. Как только он делал следующий шаг, снег заметал следы за спиной.

Неожиданно Убийца оказался в темноте. Теперь ему приходилось нащупывать путь руками. Боль в спине росла, как страшная болезнь, пуская корни все глубже, в живот и ноги, все тело наливалось свинцом. Ветка ударила его по закрытому маской лицу, голова мучительно дернулась. Дышать становилось все труднее. Он сорвал шлем и отбросил в сторону. Ему необходимо чувствовать…

Рана кровоточила. Убийца ощущал, как теплая жидкость стекает по животу и спине, засыхая между кожей и рубашкой. Он сделал шаг наощупь, как слепой, и еще один шаг, вытянув перед собой руки. Ветка ударила Убийцу в лицо, он выругался, потерял равновесие, споткнулся и упал. Продолжая сыпать проклятиями, он поднялся на ноги, сделал три шага и провалился в яму. И снова попытался встать.

На этот раз у него ничего не вышло.

Наступила тишина.

Убийца лежал и отдыхал. Ему необходима короткая передышка, а потом он двинется дальше.

«Юкон. Аляска».

Подбежав, Уэзер увидела лежащего на спине Лукаса, кровь на его лице.

— О господи, нет! — закричала она.

— Ранен, ранен, — повторял Климпт.

Он держал на коленях голову Лукаса. Генри Лейси стоял над ними, Карр застыл возле тела девочки с золотыми волосами, остальные полицейские спешили к ним, проваливаясь в снег.

Словно в замедленной съемке, Уэзер видела, как блестят зубы Лейси в свете фар снегоходов, различала безмятежное лицо маленькой мертвой девочки, ее откинутую назад голову, куртку, пробитую пулей.

«Отправилась к ангелам», — успела подумать Уэзер, опускаясь на колени рядом с Лукасом.

Раненый метался, его глаза оставались полуоткрытыми, так что виднелись белки, все его тело было мучительно напряжено. Уэзер взяла его за подбородок, приподняла голову и увидела входную рану — маленькое отверстие, которое могло бы остаться от прикосновения шариковой ручки. Доктор сразу поняла, что он не может дышать. Она сбросила перчатки и разжала ему челюсти, а потом засунула в уголок рта свою перчатку, чтобы зубы не повредили ее пальцы. Теперь, когда рот Лукаса был широко открыт, Уэзер ощупала горло и обнаружила, что заблокирована трахея — кусочек мягкой ткани перекрыл ее.

Ее разум работал холодно и быстро.

— Нож! — бросила она Лейси.

— Что?! — выкрикнул потрясенный помощник шерифа.

Только сейчас она заметила, что он сжимает в руке пистолет.

— Нож! Дай мне твой чертов нож!

— Вот, вот, держи.

Климпт вложил в ее ладонь красный складной нож с несколькими лезвиями.

Она открыла его и выбрала самое большое.

— Зафиксируй голову, — сказала она следователю.

Лейси опустился на колени, чтобы помочь, а доктор села Лукасу на грудь.

— Положи ладонь на лоб и надави вниз.

Она вонзила лезвие в горло Лукаса под адамовым яблоком и повернула нож, рассекая кожу. Послышался хрип, воздух с шумом стал проникать в легкие.

— Держите голову, не давайте ему приподняться.

Уэзер засунула указательный палец в проделанное отверстие и согнула его, чтобы рана не закрывалась.

— А теперь давайте вынесем его! — закричала она, соскальзывая с его груди.

Казалось, Лукас взлетел — двое мужчин подхватили его под плечи и еще двое под бедра.

— Не давайте ему поднимать голову.

Они бросились к внедорожнику шерифа.

С каждым неловким кровавым вдохом глаза Лукаса закрывались, а из груди вырывались хрипы. Казалось, эти звуки издает умирающая ворона.

Хэлпер лежал в кювете возле дороги. Мимо пронеслась машина со включенной сиреной. Теперь ему оставалось дождаться, когда копы уберутся, вылезти и поймать попутку.

В сознании промелькнула рациональная мысль: полицейские не уйдут. Во всяком случае, в ближайшее время. Теперь им известно, что он где-то рядом.

Убийца рассмеялся. Они найдут его, они уже идут.

Он попытался перевернуться и встать. Он вылезет из канавы и позовет полицейских. Сдастся. А после того как вылечится, попробует еще раз. Всегда есть шанс выбраться из тюрьмы, главное — не упустить возможность.

Но встать не удалось. Он не мог даже пошевелиться. Разум оставался ясным, Убийца все прекрасно понимал. Он анализировал проблему. Убийца потерял способность двигаться из-за ранения. Оно не смертельно, но он окоченел, как раненый олень.

Когда ты попадаешь в оленя, но не заваливаешь его сразу, то нужно лишь подождать полчаса, и после этого ты находишь животное где-то неподалеку, когда оно не в силах больше идти.

Если он хочет выжить, то необходимо встать.

Но ничего не получалось.

Убийца пытался. Ничего.