Читаем Зигмунд Фрейд полностью

В глубине, в каких-то закоулках лобных долей нашего мозга, в бессознательном мы являем собою совокупность нашей личности, былое и настоящее, первобытного человека и человека культурного в их нагромождении чувств, архаические остатки некоего пространного, с природой связанного «я», а вверху, в ясном, режущем свете дня — только сознательное, преходящее «я». И эта универсальная, но смутная жизнь сообщается с нашим преходящим существованием почти исключительно ночью, при посредстве таинственного гонца во тьме — сновидения; самое существенное, что мы в себе постигаем, узнаем мы от него. Только тот, кто знает свою волю не только в пределах сознания, но и в глубине своих сновидений, догадывается, поистине, о том итоге пережитой и преходящей жизни, который мы именуем нашей личностью. В дальнейшем, как ни странно, врачи приняли значение снов, но трактовали их проще: начинающийся болезненный процесс, который еще не проявил себя, может найти путь в сон человека. Так, например, женщине снится, что собака кусает ее за ногу, а через день-два после такого сна на ноге появляется нарыв из-за незамеченной царапины.

Сновидение — это клапан для нашего чувства. Ибо в слабое и бренное наше тело вложено слишком много могучих страстей, непомерное жизнелюбие и непомерная жажда утех, и как мало желаний из миллиарда имеющихся налицо может удовлетворить рядовой человек в пределах мещански размеренного дня! Едва ли тысячная часть наших вожделений воплощается в жизнь; и вот неутоленная и неутомимая, в бесконечность простирающаяся жажда томит каждого, вплоть до хозяина ларька, мусорщика и уборщицы в супермаркете.

Каждого из нас обуревают сексуальные влечения и бессильное властолюбие. Из несчетного числа проходящих мимо нас женщин каждая в отдельности вызывает в нас мгновенную страсть, и все эти неизжитые порывы, позывы к обладанию змеиным, ядовитым клубком скапливаются в подсознании, с раннего утра и до поздней ночи. Но вот ложится мужчина спать, и снится ему, что его назначили начальником женской колонии в далеком лагере ГУЛАГа и что он там царь и бог, а кругом — пораженные в правах женщины. И ложится женщина спасть, а ей снится, что ехала она ночью на авто, притормозила на обочине, а рядом разбился «мерседес» мафиози, а в нем три сумки денег.

И лишь Фрейд устанавливает впервые, что сновидения необходимы для утверждения душевного нашего равновесия. Если бы ночные видения не давали исхода всем этим подавленным желаниям, могла ли бы душа не разлететься под таким атмосферным давлением или не прорвать себе выхода в преступление? Выпуская наши вожделения, непрестанно утесняемые в пределах дня, на свободу, в безобидные области сновидений, мы снимаем тяжкое бремя с нашего чувства, мы освобождаем путем такого самоотвлечения нашу душу от угнетенности, подобно тому как наше тело освобождается во сне от усталости. Книга о сновидениях была первой книгой Фрейда, на которую обратили внимание не только врачи, но и вообще «публика».

В следующем 1901 году появляется монография «Психопатология ежедневной жизни». Как всякое великое и многогранное прозрение, с ног на голову переворачивающее культурный мир, фрейдизм вызвал разнообразную гамму чувств, от страстного восхищения до желчной ненависти. Да, то, что «в воздухе носится» про Фрейда, — это просто безобразие, подрывание основ нравственности и морали, злостный поклеп на несчастного homo sapiens. Во-первых, выясняется, что о сознательном как об основополагающем принципе строения личности, бессовестно униженной психоанализом, говорить не приходится. Во-вторых, бессознательное каким-то подлым образом пролезает в сны и делает их очень непристойными. Оказывается, что в этом бессознательном властвует совершенно неприличная сексуальная энергия, в просторечии «либидо», которая обрекает всех, в том числе и ангелоподобных человеческих малюток, на муки еще с пеленок.

Отсюда проистекает смутно известный эдипов комплекс — мерзость, мерзость и мерзость, а также теория образования каких-то малопонятных неврозов, которыми почему-то страдают все. Но это еще не конец. Позже Фрейд разработал теорию о религии как о мощном древнейшем неврозе человечества. Такое уж совсем вынести нельзя. Фрейд тщательнейшим образом искал в своих детских воспоминаниях значительные детали. Некоторые результаты были опубликованы в «Толковании сновидений», но часто эти воспоминания подвергались серьезной переработке в рассказы со скрытыми мотивами. Некоторые воспоминания можно найти в письмах, которые он не намеревался публиковать или же приписывал кому-то другому. Даже там, где Фрейд кажется совершенно откровенным, на самом деле он скрывает или изменяет информацию о себе.