Читаем Журналюга полностью

Среди ребят большинство составляли вчерашние школьники, но имелось и несколько парней постарше, уже после армии. Они щеголяли в зеленом х/б — и удобно, и практично, и все равно потом выбрасывать (не будешь же в военной форме на лекции и семинары ходить!). В группе Паши такой был один — некий Сергей Кравец. Он поступил на факультет, как выяснилось, с подготовительного отделения (так теперь назывались бывшие рабфаки). Туда зачисляли ребят, отслуживших два года «срочки» в армии (или же имеющих два года рабочего стажа), учили девять месяцев, готовили к поступлению. Экзамены они сдавали раньше всех остальных — уже в конце июня, и для зачисления на первый курс им было достаточно получить по всем предметам «удовл».

Такие особые льготы для уволенных в запас военнослужащих и рабочих имелись во всех советских высших учебных заведениях, и ими охотно пользовались те, кто по какой-либо причине не смог поступить в вуз сразу же после школы, однако мысль получить хорошее высшее образование не оставил. Подготовительное отделение (рабфак) можно было назвать советским социальным лифтом для части молодежи.

Сергей Кравец держался особняком и всем своим видом показывал, что он не ровня каким-то там зеленым школярам. И сразу же дал понять, что будет делать не только журналистскую карьеру, но, скорее всего, и комсомольско-партийную: ему удалось еще в армии стать кандидатом в члены КПСС, теперь он надеялся скоро получить партийный билет¸ а потом — занять какую-нибудь должность в комсомольском бюро факультета. Возможно, через год-другой он мог возглавить уже всю комсомольскую организацию журфака, задатки лидера у него имелись…

После окончания учебы это стало бы для амбициозного Кравца отличным стартом в движении наверх. Все на журфаке прекрасно знали: на ответственные должности главных редакторов (даже в маленьких, малотиражных газетах) назначали только тех людей, кто уже имел в кармане заветную красную книжицу. Значит, Кравец, как молодой и весьма активный член КПСС, мог рассчитывать на хорошее распределение и быструю карьеру: от простого корреспондента — к спецкору, потом — к ответсеку, а дальше — к главреду. Или же был вариант пойти другим путем — сразу по партийной линии: начав работать в райкоме или даже обкоме комсомола.

Тогда, преодолев все положенные ступени, он мог через три-четыре года перебраться в райком партии, а затем — в сам обком. И далее — по восходящей. Карьерные перспективы для Кравца открывались просто головокружительные, но сначала следовало закончить журфак и как-то зарекомендовать, показать, проявить себя.

* * *

Через два с половиной часа они наконец-то добрались до центральной усадьбы колхоза «Знамя труда» и выгрузились возле местного клуба культуры, где располагался штаб «картофельного» отряда. Рядом в небольших домиках жила б о льшая часть студентов. Однако их отправили совсем в другое место — в пионерлагерь, расположенный в шести-семи километра от усадьбы. Это было несколько неожиданно: в прошлый раз Паша жил со своими однокурсниками здесь, в домиках.

В лагере ребят поселили в длинном дощатом здании (летом в нем обитал обслуживающий персонал пионерского лагеря — повара, рабочие, уборщицы и т. д.) по четыре человека в комнате. Отопления не было (по сути — простой барак), приходилось рассчитывать лишь на собственную теплую одежду и тощие казенные одеяла. Но зато имелась котельная, значит — и горячая вода в ней. Поэтому принимать душ можно было ежедневно, а не раз в неделю, как это практиковалось в центральной усадьбе: в субботу и воскресенье все студенты дружными рядами шли в баню — мылись, стирали одежду, наслаждались горячей водой (из-за ее отсутствия по понятным причинам больше всего страдали девочки).

При лагерной котельной имелась и сушилка — очень полезная штука при нашей сырой и мокрой погоде. Так что в смысле комфорта «лагерные» ребята значительно выиграли по сравнению с «усадебными». И благополучно влились в отряд уже обитавших там студентов (по преимуществу — девочек).

Но главное преимущество лагеря заключалось в другом: здесь не было строго факультетского начальства. И куратор второго курса (некий Петр Петрович Воронов), и члены студенческого штаба — все они остались в колхозе. Из старших — только студент-второкурсник Леня Сухих, командир отряда (он же — бригадир). Поэтому жизнь ребят и девчат была довольно вольной: их забирал рано утром на работу разбитый колхозный ПАЗик, и он же доставлял их обратно вечером после ужина.

А дальше начиналось самое приятное — свободное время. И многие студенты и студентки, как вскоре заметил Паша, проводили его весьма и весьма насыщенно. И к взаимному удовольствию…