Аглавена. Если бабушка ошиблась, мы тоже будем плакать… Что делать, Селизета, весьма часто остается только выбор между тем, какими слезами плакать. И если бы я слушалась только своей бедной мудрости, я бы сказала, что следует выбрать наиболее прекрасные, а самые прекрасные слезы здесь те, которые проливаешь ты. Но вот уже несколько дней, как и я встревожена. И я себе часто повторяла, что под всеми истинами, которых можно достигнуть, в нас таится одна наиболее важная: она ждет в глубине наших душ, пока пробьет ее час, и никакие слова не в силах исказить ее улыбку или осушить глаза. Я уверена, что нашла сегодня эту истину и что она будет руководить нами вопреки всем нашим усилиям. Прощай, Селизета! Обними меня. Поздно, Мелеандр ждет тебя.

Селизета. Разве ты не идешь со мной поцеловать его, Аглавена?

Аглавена. Я не буду больше целовать его, Селизета. Когда мы останемся одни, я поцелую тебя и поцелуем этим сумею сказать ему все, что надо, как будто я целовала его самого.

Селизета. Что случилось Аглавена? Твои глаза горят… ты скрываешь от меня что-то.

Аглавена. Напротив, мои глаза горят, потому что я больше ничего не скрываю, Селизета. Я узнала только, что он любит тебя глубже, чем сам предполагал.

Селизета. Он сказал это тебе?

Аглавена. Нет; если бы это он мне сказал, я не была бы в этом так уверена…

Селизета. А ты? Разве он тебя не любит?

Аглавена. Меньше, чем тебя…

Селизета. О! Бедная Аглавена!.. Неужели… Почему бы он стал меньше любить тебя? Что мне делать, Аглавена? Сегодня вечером тебе не надо оставаться одной, если ты несчастна… хочешь, я останусь с тобой?.. Я скажу ему…

Аглавена. Иди, иди… спеши, Селизета… Я никогда не буду более счастливой, чем сегодня…

<p>Действие третье</p>

<p>Сцена I</p>

Селизета. Прости, Мелеандр, ты хотел остаться один. Ты всегда становишься печальным, когда я с тобой… Но я сейчас уйду… Я из комнаты Аглавены… она уже спит. Я поцеловала ее в губы. Звезды освещают ее кровать, но она не проснулась… Я удержу тебя не надолго. Потом мы пойдем будить ее, потому что она плачет во сне… Я одна не смела будить ее… Мне хотелось бы поговорить с тобой о чем-то… Не знаю еще, ошибаюсь ли я или нет, и хорошо ли это или худо… Я не могу спросить об этом Аглавену; ты простишь меня, если я ошибаюсь…

Мелеандр. Что случилось, Селизета? Подойдем к скамейке. Садись ко мне на колени. Я буду гладить твои волосы. Ты не будешь меня видеть, и тебе не будет страшно… Мне кажется, что у тебя на сердце что-то очень тяжелое…

Селизета. Не на сердце… Но что-то тяжелое нависло надо мной… над моей душой… и что-то раскрыло мне… что… еще не знаю… Но я теперь гораздо счастливее, чем в то время, когда ничто не давило мне душу…

Мелеандр. Ты сильно изменилась, Селизета… Мне также нужно поговорить с тобой… Я не узнаю твоего лица, румянец твоих щек не оживает даже под моими поцелуями… Прежде ты смеялась, когда я так целовал тебя…

Селизета. Прежде я чаще смеялась, Мелеандр, но теперь я гораздо счастливее…

Мелеандр. Не знаю, Селизета… Часто душа мнит себя счастливой, когда сердце не в силах больше страдать… Но оставим все это; скажи мне, что тебя сегодня мучит.

Селизета. Аглавена уходит…

Мелеандр. Аглавена? Она тебе сказала?

Селизета. Да…

Мелеандр. Когда?.. И почему она уходит?

Селизета. Этого она не сказала… Но нет сомнения, что она уходит. Она решила, что так нужно… Вот почему я спрашиваю тебя, не лучше ли уйти мне.

Мелеандр. Тебе, Селизета? Но что случилось?..

Селизета. Ничего не случилось, Мелеандр, и, прошу тебя, не говори Аглавене, а то она будет плакать. Видишь ли, Мелеандр, я также размышляла, покуда вы были вместе, а я оставалась с бабушкой… Когда вы возвращались такие счастливые, настолько сроднившиеся, что все невольно смолкали при вашем приближении, я говорила себе: я — бедное, жалкое существо, которое никогда не сможет последовать за ними… Но вы были всегда так добры ко мне, что я слишком поздно это поняла… вы часто звали меня с собой, видя, как я грустна… Когда же я сопровождала вас, вы казались веселее обыкновенного, но ваши души были уже не так счастливы, а я была между вами, как чужая, которой холодно… Между тем во всем этом не было ни вашей вины, ни моей… Я знаю, что не могу понять… хотя понять необходимо…

Мелеандр. Милая, милая и добрая Селизета! Аглавена права, я не знал, как ты прекрасна… Но чего, кажется тебе, ты не поняла? Разве ты думаешь, что нам понятно то, что непонятно тебе? Увы! Моя бедная Селизета, на большой глубине различий так мало, и никогда не знаешь, почему любишь… Но если ты могла сказать то, что ты теперь сказала, тебе нет надобности понимать; я один не понимал до сих пор…