– Ларсене, пойми меня, мне сейчас некогда. У ребёнка не так много времени.

– Почему ты вообще помогаешь ему? Ты знаешь, что он сделал для твоих сестёр?!

– Он умирает! – впервые повысила голос на старшую. – Мальчик умирает, Ларсене. Ему нужна моя помощь. Отпусти меня, пожалуйста, – голос дрогнул, из глаз потекли холодные слезы.

– Яна, – женщина кинулась ко мне и прижала к своей пышной груди. – Девочка моя, тише, – она гладила меня по голове.

Страх за жизнь мальчика усиливался во мне. Истерика накрывала меня. Надежда с каждой минутой покидала меня. Нужно было спешить. Нужно было перекинуть нити с ребёнка. И сделать это надо было как можно быстрее.

– Почему мальчик умирает?

– Кукловод питается им, – уже спокойнее ответила.

– И что ты собралась сделать?

– Я не нашла ни одного ритуала об отмене этого заклинания, но вспомнила, что можно на себя перенести нити кукловода.

– Я знаю, о каком заклинании ты говоришь. Но вдвоём нам не справится, – задумчиво проговорила женщина. – Оставляй сумку здесь и идти за мальчиком – ритуала будем проводить в храме, под взглядом Богини.

Не веря своим ушам, я крепко обняла сестру.

– Ну-ну, дитя моё. Давай. иди. Каждая минута на счету, – и сама подтолкнула к двери.

Второй раз в жизни была в самом храме Афисы. Зал большой. Высокий потолок пропускал солнечные лучи. А на полу уже были расставлены в ритуальном кругу незнакомые мне травы.

– Яна, это…

– Сейчас не время объясняться, – Ларсене подошла ко мне. – Давай мальчика, – она протянула руки, совсем не обращая внимания на стоящего рядом мага.

Передала Августа сестре и уже собралась увести мужчину из храма, как мальчик громко заплакал.

– Август, ты чего? Тише, маленький, – женщина начала укачивать ребёнка, но он только громче стал кричать.

– Мальчик мой, тише, – аккуратно забрала малыша из рук сестры. – Я рядом. Видишь? – посмотрела в ярко-голубые глаза. – Красавец мой, чего ты пугаешь тётю Ларсену?

– Яна, это же…

– Что? – удивлённо взглянула на неё.

– Нет, ничего, – отмахнулась жрица. – Если он принимает только тебя, лучше тебе идти с ним в круг, – и сестра протянула мне белую ритуальную сорочку.

Кивнув, передала на время ребёнка его отцу, а сама стала переодеваться.

– Ты бы хоть за ширму ушла, – упрекнула меня Мелиса – двадцатилетняя жрица.

– Времени нет, – сказала и скинула чёрное платье. Прохладный ветерок коснулся голой кожи. Соски тут же напряглись, а тело покрылось мурашами. Но в том месте, где цвела алая роза, было тепло.

Слегка поежившись, быстро натянула белую ткань. Подошла к мужчине, протянула руки за мальчиком. И встретилась с тёмно-синими глазами. Они были настолько тёмными, что казалось там отражалась вся Вселенная. И только сейчас поняла, почему сестра хотела, чтоб я переодевалась за ширмой.

Щеки полыхнули. В груди сердце замерло, а через мгновение пустилось в пляс. Не разрывая зрительного контакта, взяла мальчика и, отвернувшись от мужчины, взгляд которого прожигал спину, вошла в центр круга. Сестры встали по кругу и начали читать заклинание разрыва нити кукловода.

Первое время ничего не происходило. Но уже через несколько минут в храме полыхнули все свечи, потолок потемнел, словно само Солнце скрылось за грозовыми тучами. Холод был невыносимым. Пол покрылся инеем. От тела исходил пар. Но мальчик как продолжал мирно спать, так и сопел на моих руках. Но это было недолго.

Лишь раздался над головой гром, как жгучая боль пронзила всё тело. Ноги подкосились, но я удержалась и не упала. Сквозь разрывающую на части боль, укачивала Августа. Мальчик верещал на весь храм, заглушая всё вокруг. Я больше не слышала сестёр, лишь его дикий рёв. Ребёнок вырывался из рук, пинался, кричал. Моё тело горело, казалось, органы плавились от повышенной температуры. Но я продолжала успокаивать ребенка, посылая в Бездну своё состояние.

В какой-то момент жар стал настолько невыносимым, что мозг не выдержал напряжения. И я, покачнувшись, полетела на пол. Перед тем как потерять сознание, услышала обеспокоенный голос Ларсене:

– Север, не смей!

Север

День не обещал сюрпризов. Я сидел в своём кабинете и разбирался с документами, когда жрица ворвалась в мой покой и что-то сказав – так быстро она говорила, что разобрать её слов у меня не получилось, – захлопнула дверь. Чтоб через час вновь ворваться и впопыхах, размахивая руками, что-то лепетала.

– Успокойся! – положил ей руки на плечи. – Вдох-выдох, – она послушно повторила за мной. – Молодец. А теперь рассказывай, что стряслось?

– Сестры нашли способ спасти Августа! – её глаза пылали радостью. – Давай, быстрее. Нам ещё идти в храм, – она потащила меня в коридор.

– Давай помогу, – видя, как из женских рук всё валиться, подошёл и сам укутал сына. Захотел уже взять его, как девушка опередила меня и, серьёзно посмотрев на меня, приказала:

– В путь!

Улыбнулся – она такой милой была в этот момент. Покачав головой – я всё ещё не верил в происходящее, сестры не могли простить меня, что же она им наобещала? – подошёл к жрице и, прижав её к себе, призвал магию.