Читаем Жернова истории - часть 1 полностью

— Знаешь, за эти полгода мое настроение прыгало от состояния безудержного оптимизма до самого черного пессимизма. Но сейчас я скажу так: дело практически осуществимое, хотя и дьявольски трудное. Сопротивление и администрации, и фабзавкомов, а зачастую и партийных бюро и комитетов оказалось очень трудно преодолеть. Реально сейчас хозрасчетные бригады действуют лишь на трех предприятиях: на Невском машиностроительном, на Московском инструментальном и на "Красном металлисте". И это все! — он сокрушенно покачал головой, отчего его пышная вьющаяся шевелюра слегка заволновалась.

— Сразу спрошу: почему получилось именно на этих заводах? — без паузы, не давая ему продолжать, влезаю со своим вопросом.

— Да потому, что там нас поддержали бюро партийных ячеек! — с ходу отвечает Шацкин. — И бригады у нас там сложились не чисто комсомольско-молодежные, а обычные по составу, с кадровыми рабочими. Но зато – там и самоуправление, и хозрасчет! — Он опять покачал головой и добавил – Правда, с хозрасчетом немалые проблемы. Даже на уровне завода хозрасчет почти везде налажен из рук вон плохо, а на уровне цеха его, считай, и нет совсем. И как тут хозрасчетную бригаду делать?

— Как, как… Воевать за хозрасчет, вот как! — нет, так вспыхивать не годится, надо немного сдержать эмоции. — Самим научиться хозрасчету, и администрацию научить, даже и вопреки ее желанию, если понадобится! Привлечь к этому молодежь из Коммунистического университета, из Комакадемии, из Института красной профессуры, из Рабкрина. Вот вам и кадры инструкторов.

— Это понятно, — машет рукой Лазарь, — и мы уже делаем кое-что в этом направлении…

— Надо делать не кое-что, а поставить учебу и налаживание хозрасчета в бригаде и в цехе на самую широкую ногу! — нажимаю я на него.

— Не выйдет! — парирует Шацкин, — Если мы ограничимся бригадами всего на трех заводах, что ты там поставишь на широкую ногу?

— Верно говоришь! — почему бы и не согласиться, если собеседник прав? — Поэтому надо задуматься над тем, как расширить это начинание. На ЦК РКСМ этот вопрос ставить не пробовал, чтобы поднять весь комсомол?

Мой собеседник криво усмехнулся:

— Надо бы… Но вот только в ЦК РКП многим не нравится, когда комсомол проявляет излишнюю, с их точки зрения, прыть и самостоятельность. Я еще не забыл, как наш ЦК наполовину раскассировали во время дискуссии простым решением Секретариата ЦК РКП (б). Есть риск, вылезши с этим вопросом самостоятельно, получить сверху по шапке, причем в официальном порядке, а значит, загубить дело на корню.

— Ну что же, не выйдет штурм, перейдем к осаде, — вспоминаю я расхожую формулу. — Отложим вопрос, и поднимем его снова после XIII съезда РКП (б). Наверняка в резолюциях съезда будет что-нибудь о развитии хозрасчета – надо уцепиться за это и поднять кампанию в прессе. Двинуть статьи – и лучше от имени партячеек или кадровых рабочих-партийцев – об успехах хозрасчетных бригад, и о том, что им мешает. Затем – то же самое, но уже в комсомольской прессе, и подать, как поддержку комсомолом партийного почина. — Я вопросительно гляжу на Лазаря, но тот только кивает в ответ. — А там посмотрим на реакцию ответственных товарищей. Если не в ЦК, то в Совнаркоме или в ВСНХ кто-нибудь да откликнется. Ухватимся за ниточку и пойдем разматывать клубочек дальше…

— А пока, — подхватил Шацкин, — я займусь тем, чтобы статьи в газеты были написаны, и в редакциях с кем надо поговорю.

— Правильно мыслишь! — одобрительно хлопаю ладонью по столу.

— Жаль только, — добавляет Шацкин, — что у комсомола нет собственной всероссийской газеты…

Разговор на этом не окончился. Стали разбираться, кого именно из комвузов можно привлечь к организации краткосрочных курсов для участников хозрасчетных бригад, через какие газеты, через каких конкретно редакторов и журналистов продвигать статьи, кто из хозяйственного и партийного руководства может заинтересоваться этой идеей. Говорил больше Шацкин, поскольку в этих людях он ориентировался лучше меня. Нельзя сказать, что я не припас нескольких козырей для этой игры, но вот получится ли их разыграть, и какие именно – это зависело от решений, которые будут приниматься на самом верху.

В разговоре выяснилось, что Лазарь Шацкин избран делегатом на XIII съезд. Это меня обрадовало – имелась возможность из первых рук узнать о том, как теперь сложится расстановка сил в партийной верхушке. Ведь какие-то изменения мне уже удалось вызвать: Троцкий отошел в тень, а Зиновьев с Каменевым, как и Сталин, должны были получить от меня горячую информацию, которая хотя бы как-то сместит акценты при принятии решений. Да и письмо Ленина к съезду, к которому я заранее пытался привлечь внимание делегатов, может быть, сыграет несколько иную роль, чем в моей истории… Впрочем, чего зря гадать.

— Послушай, Лазарь, — обращаюсь к комсомольскому вожаку, — раз уж тебя избрали делегатом, не мог бы ты встретиться со мной сразу после съезда? От его решений немало зависит, и хотелось бы получить сведения как можно раньше и как можно полнее.

— Договорились, — коротко бросает он в ответ.