Читаем Женщины-легенды полностью

Смерть первого мужа Юлии опять-таки связывают со злой волей жены Августа Ливии Друзиллы, которая боялась продвижения Марцелла к власти, стремясь возвести на престол своего сына. Вторым мужем Юлии стал друг императора Марк Випсаний Агриппа, которому было уже за сорок. Марк Агриппа — человек незнатного происхождения, сумевший нажить огромное состояние. Его владения были в Сицилии и даже в Херсонесе Фракийском. Блестящий полководец, он добился побед почти во всех сражениях войск Августа, который сам не любил участвовать в военных кампаниях.

До брака с Юлией Марк был женат на племяннице Августа — Марцелле. Август уговорил сестру уступить ей зятя. В браке с Марком Агриппой Юлия прожила 9 лет и родила пятерых детей. Разница в возрасте и интересах способствовала росту непонимания в семье. Темпераментная и импульсивная Юлия не могла мириться со степенным Марком. И, как отмечает историк Тацит в своих «Анналах», Юлия, будучи в браке с Агриппой, была соблазнена «злоязычным» красавцем поэтом Сем-пронием Гракхом. Находясь в связи с Семпронием, Юлия стремилась соблазнить своего сводного брата Тиберия, сына Ливии от первого брака. Однако ее попытки оказались напрасными.

В 12 году до н. э. Марк Агриппа скончался. Август снова занялся брачными делами дочери и на сей раз выдал ее замуж за Тиберия, любви которого так домогалась Юлия еще при жизни Агриппы. Тиберий до брака с Юлией был женат на дочери Марка Агриппы — Випса-нии, от которой имел сына и которая ждала второго ребенка. Светоний Транквилл пишет, что развод с женой Тиберий переживал с безмерной душевной мукой, тосковал по ней. Поэтому и отношения с Юлией не сложились — Тиберий возненавидел ее. Юлия стремилась всячески унизить мужа, она не только попрекала его незнатным происхождением, но снова сошлась с бывшим любовником Семпронием Гракхом. Коварный любовник, как пишет Тацит, разжигал в ней своенравие и ненависть к мужу; считали, что письмо с нападками на Тиберия, которое Юлия написала своему отцу Августу, было сочинено Гракхом. Брак Тиберия с распутницей Юлией не мог быть счастливым. Он постоянно вспоминал счастливые часы, проведенные в браке с первой женой. Женившись по воле императора, он не мог терпеть скандальных выходок разнузданной Юлии и по собственной воле уехал на остров Родос в Эгейском море.

Очень скоро и Семпроний Гракх жестоко поплатился за свою страсть к августейшей особе. За любовные похождения с его дочерью Август сослал незадачливого любовника на остров Керкиру в Адриатическом море, где он прожил в изгнании 14 лет, а затем был умерщвлен по приказу Тиберия.

Отношения между отцом и дочерью были испорчены окончательно. Юлия не могла простить Августу свои браки, которые всегда совершались против ее воли. Этот протест выражался в ее дерзком, вызывающем поведении. Публичные оргии, устраиваемые ею на форуме, многочисленные любовники, самый дикий разгул и необузданность вызывали в Риме массу сплетен и кривотолков, что наносило авторитету Августа огромный урон.

Доведенный до отчаяния, отец расторг брак Юлии с Тиберием и сослал свою распутную дочь на остров Пандатерию в Тирренском море. В ссылку Юлию сопровождала ее мать Скрибония. Наказание было поистине суровым. Дочь лишалась ежегодного содержания. Тацит отмечал, что «ссыльную, обесславленную, лишенную всякой надежды дочь Август довел до смерти лишениями и медленным истощением, полагая, что за долговременностью ссылки смерть эта останется незамеченной». Император запретил ссыльной Юлии давать вино и лишил ее малейших удобств. К ней без его ведома не допускались ни рабы, ни свободные. Ему с точностью доносили, кто жаждет встречи с Юлией, какого он возраста, роста и даже какие у него телесные приметы. Только после пятилетней ссылки Август разрешил перевеете Юлию на материк и немного смягчил условия ссылки. О прощении не было и речи. Как-то, узнав, что одна из соучастниц оргий дочери — вольноотпущенница Феба покончила жизнь самоубийством, Август воскликнул: «О, если бы у меня была дочь Феба, а не Юлия». Юлия Старшая умерла вскоре после смерти отца в 14 году.

Тяжкое наказание понесли и все любовники Юлии. Юл Антоний, самый молодой из них, за нанесение оскорбления дому императора был казнен. Римские аристократы Семпроний Гракх, Клавдий Пульхр и Корнелий Сципион были сосланы на острова.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука