Трудясь бок о бок над расследованиями, Рэйко и Сано стали ближе друг другу, чем это принято в традиционной самурайской паре, нарушили исконное разделение семейных обязанностей: мужчине — государева служба, а женщине — домашнее хозяйство. Даже на расстоянии между ними не прерывалась связь, и теперь Рэйко чувствовала: у Сано что-то не так. Как ей хотелось пойти к сёгуну вместе с ним! Но в том-то и заключался парадокс — она могла помогать Сано, но не имела права бывать там, где он появлялся по долгу службы. Иногда Рэйко сожалела о том, что получила странное, на сторонний взгляд, воспитание, ибо оно обрекло ее на вечные страдания из-за неудовлетворенных амбиций.

Вдовый отец дал любимой и единственной дочери образование, которое обычно получали сыновья именитых родителей. Она преуспела в чтении китайской классической литературы, каллиграфии, математике, истории, философии, юриспруденции, политической теории и боевых искусствах. В детстве она мечтала о полной приключений жизни. Она с презрением относилась к большинству женщин, родившихся только для того, чтобы выйти замуж, ублажать супругов и растить детей. К счастью, с Сано она избежала подобной участи. После некоторых колебаний он принял ее помощь в делах. Однако слишком часто все заканчивалось тем, что она сидела дома, завидуя мужской свободе.

Рэйко выбралась из кадушки. Пока служанки промокали ее полотенцами и умягчали душистыми маслами кожу, расчесывали черепаховыми гребнями волосы, она размышляла уже на другую тему.

Согласно многовековым устоям, основной долг жены — подарить мужу наследника. Несмотря на всю свою эмансипацию, Рэйко страстно хотела ребенка. Между тем замужем она почти год, а беременности нет как нет. Неужели она бесплодна?

В прошлом месяце у нее случилась задержка. Она обрадовалась, что носит наследника, но ничего не сказала Сано, боясь: вдруг придется разочаровать? Лучше подождать еще месяц, а уж потом порадовать мужа доброй вестью.

Когда Сано вернулся, Рэйко сидела в спальне, завернувшись в домашний шелковый халат, и сушила волосы на ночном ветерке.

— Что сказал сёгун? — громко спросила она.

Сано опустился на колени рядом с ней. Услышав о клевете Янагисавы и о недовольстве Цунаёси, Рэйко нахмурилась. Удар по чести мужа больно отозвался в ее душе.

— Правда, у меня есть шанс все поставить на место, — попробовал утешить ее Сано. — Сёгун посылает меня в Мияко для выяснения причины смерти придворного министра.

Рэйко охватило смятение. Резиденция императора так далеко, и сколько продлится разлука, неизвестно. От слез заблестели глаза, похожие на лепестки лилии. Однако Рэйко не позволила себе расплакаться. Она поняла, как много значит для Сано грядущее расследование, и не захотела обременять своей печалью мужа.

Отвернув лицо, Рэйко поднялась и тихо произнесла:

— Пойду соберу тебе вещи.

Сано поймал ее за руку:

— Я решил, мы вместе отправимся в Мияко.

— Что?! — Рэйко чуть не подпрыгнула от восторга: жены, как правило, не сопровождали мужей в поездках. Она смущенно посмотрела на Сано.

Он улыбнулся:

— Ты отказываешься помочь мне с этим делом?

— О нет! — Рэйко бросилась Сано на шею.

Он крепко обнял ее и расцеловал.

— Я всегда мечтала о странствиях, — призналась Рэйко. — Какое замечательное приключение!

— Мне еще нужно выправить для тебя проездные бумаги, — сказал Сано, отпуская ее. — Это может вылиться в целую проблему.

Бакуфу запрещало высокопоставленному самураю путешествовать с семьей, предпочитая держать родственников в заложниках, на случай если самурай взбунтуется. Но возможное препятствие не обескуражило Рэйко, как и предполагаемая беременность. Она мысленно похвалила себя за то, что не проговорилась мужу о задержке регул. Новость наверняка изменит решение Сано. А зачем? Она сильная и здоровая, легкая авантюра ей не повредит.

— Думаю, влиятельные друзья окажут тебе содействие.

— На многое не рассчитывай, — предупредил Сано. — В Мияко законы и обычаи как и везде. А в императорском дворце вообще особые правила. Не исключено, что у тебя там будет еще меньше свободы, чем здесь.

— За меня не беспокойся, — жизнерадостно прощебетала Рэйко, открыв гардероб и перебирая кимоно. — Главное, мы будем вместе.

— Согласен.

Металл, прозвеневший в его голосе, заставил Рэйко замолчать. Обернувшись, она спросила:

— Ты берешь меня с собой, чтобы канцлер Янагисава не причинил мне вреда, пока тебя нет, ведь так?

— И потому, что ты мне нужна, — сказал Сано, беря ее за талию.

Рэйко положила руки ему на плечи.

— Мы раскроем это дело, восстановим твое доброе имя и вернем благосклонность сёгуна, — пообещала она.

2