Читаем Жена незнакомца полностью

Почему он говорит ей «ты»? Боится, что кто-то подслушивает у дверей? Возможно. Ему лучше знать, ибо привычки слуг ей пока неведомы. К тому же спектакль уже начался, и они должны играть даже оставаясь наедине. Аппетит у Лили совсем пропал, и она отодвинула поднос.

— Хорошо, я встречусь со слугами одна. Думаю, справлюсь. — Что бы еще сказать так называемому мужу? — А ты сегодня чем займешься?

— Буду у себя в адвокатской конторе.

— О, я полагала, что ты больше не практикуешь… — Лили испуганно прижала руку к губам. Черт возьми, если кто-то подслушивает, то сразу догадается, что она понятия не имеет, чем занимается ее «муж».

— Да, адвокатской практикой я больше не занимаюсь, но меня привлекли к законодательной деятельности по образованию нового штата. — Повернувшись, Куинн взглянул сначала на ворот ее пеньюар, потом ей в глаза. — Но, как мы уже решили, я закрою контору, когда стану губернатором.

— Извини, — тихонько прошептала Лили и уже громко сказала: — А я, видимо, большую часть дня проведу у себя в комнате. Хочется немного отдохнуть.

«И проверить, какая одежда висит у меня в шкафу и что находится в ящиках стола», — подумала она.

Куинн направился к двери, ведущей в его спальню.

— В сегодняшней газете опубликуют заметку о твоем возвращении из Санта-Фе. Ты уверена, что уже в состоянии устроить на этой неделе прием?

— Вполне. Я по-прежнему собираюсь принимать гостей по пятницам, начиная с этой недели. — Это они с Куинном уже обсудили. — Надеюсь, ты удостоишь дам своим присутствием?

— С превеликим удовольствием.

На пороге спальни он вдруг остановился и снова взглянул на нее, заставив Лили вспомнить, какая она растрепанная, заспанная и неумытая. Однако, судя по его взгляду, Куинн этого не замечал или ему на это было наплевать, и стоит ей только подать знак, он с удовольствием скинет халат и голым юркнет в ее постель. А она, черт возьми, была бы только рада. Вспыхнув, Лили опустила голову.

Она ненавидела и презирала себя за подобные мысли. В присутствии Куинна у нее всякий раз возникало ощущение, что тело ее просыпается от долгой спячки и жаждет прильнуть к телу мужчины. И то, что она этому мужчине не доверяла, а порой испытывала к нему антипатию, не имело значения. Стоило Куинну взглянуть на нее своими дымчатыми глазами, и ее обжигало пламя.

После его ухода Лили откинулась на подушки и, закрыв лицо руками, тихонько застонала, ожидая, когда угаснет огонь страсти.

Знакомство со слугами прошло более гладко, чем она себе представляла. Джеймс и Мэри Блэлок явились под самый конец, и даже эта встреча не принесла никаких огорчений.

Правда, сначала поведение Мэри испугало Лили до полусмерти. Служанка смотрела на нее во все глаза, вцепившись в руку мужа. Казалось, она вот-вот грохнется в обморок, и Лили на долю секунды потеряла самообладание, уверенная, что служанка догадалась о том, что никакая она не Мириам. Однако, взяв себя в руки, Мэри наконец вымолвила:

— Господи, какая же вы… худенькая! А что с вашим… голосом? Вы, часом, не заболели?

Тотчас припомнив усвоенное из карточек, Лили улыбнулась.

— Немножко, — сказала она. — Но если ты сваришь мне свой знаменитый куриный бульон, я мигом поправлюсь.

Мэри Блэлок смахнула навернувшиеся слезы, и вскоре муж вывел ее из комнаты. Едва за ними закрылась дверь, Лили облегченно вздохнула. Господи, до чего же она боялась встречаться с теми, кто хорошо знал Мириам! Следовательно, первый важный экзамен она сдала.

Второй экзамен предстояло сдать Крэнстону при обсуждении распорядка дня прислуги. И Лили выдержала его с блеском, Пол мог бы гордиться своей ученицей. Когда дворецкий предложил, чтобы хозяйка лично составляла меню на каждый день, она, изобразив усталость (ибо еще не вполне оправилась после тяжелой болезни), умело навела его на мысль, что лучше ей этим не заниматься. Пусть меню составляет кухарка, а она будет высказывать свои замечания, если таковые окажутся. А чем бы госпожа хотела угостить приглашенных? Лили попросила, чтобы дворецкий велел кухарке составить два меню, а уж она потом из них выберет.

Крэнстон был педантом, к тому же мечтал лично управлять прислугой, Лили быстро его раскусила и позволила ему удовлетворить честолюбивые стремления. Если он будет сам отдавать распоряжения слугам, она не наделает лишних ошибок. К концу разговора между ними уже царило полное единодушие, оба остались весьма довольны друг другом. Каждый получил то, что хотел.

Избавившись от дворецкого, Лили начала открывать ящик за ящиком в столе, однако ничего интересного не обнаружила: хрустальная чернильница, малахитовая ручка, канцелярские принадлежности, коробка с визитками. Похоже, личные вещи Мириам, вроде писем, записок, дневника, были либо куда-то спрятаны, либо сгорели во время пожара. Единственное, что осталось от Мириам в ее маленьком кабинете, — это изящные обои да безделушки.