Читаем Жена Майкла полностью

— Антиквариат реставрирую… и просто самобытные изделия. Регулярно совершаю набеги на Мексику. Держи… — она протянула Лорел квадрат наждачной бумаги и указала на овальный ящик на полу, — Начать можешь с любого места. Требуется удалить лак и пятна.

Лорел присела на корточки у ящика и начала с крышки, где поверхность была поровнее. Несколько минут обе работали молча.

— Придумали убедительную сказочку для судьи?

— Нет. — Наждак замер, глаза Лорел не подняла.

— Так ничего и не вспомнила?

— Ничего.

— А ты скажи — напугалась материнства и отправилась с друзьями в горы, что-нибудь в этом роде. Дорогая, очищать лучше маленькими участками.

Доверься Дженет — она тебе сочинит версию. Жидковата, правда, но лучше, чем придумывала она. Но с Дженет не стоит связываться. Лорел не доверяла ей.

Обе углубились в работу, и Дженет переменила тему.

— Посмотрела бы ты на дом, когда я только что приехала. Не поверишь — ценная мебель свалена в кладовке, а комнаты наводнены дешевкой.

Лорел начала успокаиваться. Работа тяжелая, но равномерные движения успокаивали. И не нужно думать о том, что делаешь. Она и представить себе не могла, что Дженет увлекается такой грязной работой: реставрацией мебели. Судит Лорел о людях с наскоку, а понимает их, оказывается, не лучше, чем самою себя.

— Представляешь, даже ели на кухне, с Консуэлой. Переднее крыло стояло запертым. В подобной ситуации любая бостонская девушка учинит переворот. Когда я настояла, чтобы к обеду переодевались, а обед подавали в столовой, я думала, папу Деверо удар хватит. Но все-таки переодевался и приходил. Говорил, только ради того, чтобы посмотреть, сумеет ли бедняга Пол укротить свою кобылку. Жуткий старикан был! Всем нам после смерти его дышится легче.

— А когда он умер? — казалось, будто отец Майкла, Пол первый все еще жив, так они о нем говорили.

— Восемь лет назад, как раз перед отъездом Майкла за границу. Но терпела я старика десять лет и, поверь, на похоронах его не рыдала. А уж как он с Полом обращался! Вообще преступление! О, ну вот и готово! Как тебе?

Лорел одобрительно покивала, хотя стул ей по-прежнему казался скелетом.

— Слыхала, будто Пол с отцом не очень ладили.

— Не то слово! Ненавидели друг друга, дорогая. И если, пока папа Деверо был жив, еще сохранялась хоть тень сомнений, так завещание его — яркое доказательство. — Дженет отерла пальцы тряпкой.

— А что в завещании?

— Нет, в самом деле, Лорел, хоть это-то ты должна помнить! — замурлыкал хрипловатый голос. — Ведь оттого-то ты и вернулась, признайся?

— Твой тесть, Дженет, даже не знал меня. Как же может его завещание меня касаться?

— Слушай, иногда я тебе почти верю. Ты так искренне врешь, никогда таких лгуний не встречала. Завещание — последняя шутка папы Деверо над Полом… и надо мной. По справедливости, согласись, следовало бы разделить наследство между Полом и Майклом…

— А он? Не разделил?

Часть — да. Но основной капитал оставлен в управлении как доверительная собственность для первого ребенка, родившегося у первого из них. Так что, видишь возвращение твое не такой уж и сюрприз!

— Джимми…

— Да, именно. Когда милый Джимми — Джеймс Майкл Деверо — достигнет совершеннолетия, то станет весьма богатым молодым человеком. И, не сомневаюсь, не обделит и мамочку. Ты ведь своего не упустишь, верно?

— Но откуда папа Деверо мог знать? Первый ребенок мог появиться и у тебя? Ты ведь католичка… и…

— О, нет. Католик — Пол. Я — нет. И я не желаю переносить отвратительную беременность, нянчиться с ребенком… И высказывалась перед стариком вполне откровенно; тот вечно подкалывал меня, чего это я не беременею, язвил Пола, что тот — импотент. Язвительный старый… Вот так. Боюсь, последним посмеялся он.

— А если бы у Майкла не появился ребенок?

— Если бы наследник не родился в течение десяти лет после смерти старика, или если наследник не доживет до совершеннолетия, деньги отходят Полу и Майклу. Но старикан великолепно знал Майкла! Майкл рано выказал таланты дамского поклонника. Очень скоро какая-то да заполучила бы его. А с Майклом… да она забеременела бы, не успев рис с волос стряхнуть!

— Бедняжка Джимми! Еще удивительно, как это его не задушили в кроватке! — Лорел прикусила губу, она не собиралась произносить такого вслух.

— Или не стукнули топором по голове? — резко добавила Дженет. — Лорел, не давай разгуливаться воображению. Забот у тебя и без того невпроворот. Слышала, ты в Феникс собралась?

— Это идея твоего мужа, не моя.

— Я бы тебе не советовала. С Майклом нашим, когда разойдется — трудновато. Ого, скоро уже ланч! Пойдем, помоемся. Можешь приходить и трудиться тут, когда тебе вздумается. — Дженет сняла халат и повесила на гвоздь у входа, где его мог позаимствовать каждый. — В общем, Лорел, старайся не перечить Майклу, не зли его.

У Дженет была манера смаковать имя «Майкл», голос ее ласкал, растягивал имя, точно бы название лакомства, которым она наслаждалась.

Камни во дворе, казалось, впитали солнечный жар и теперь отдавали его. Клэр, ведя Джимми по затененному переходу на кухню, не заметила их.