Читаем Жена Майкла полностью

Когда Джимми первый раз назвал ее «мамой», она сообразила, что сама же и научила его. Случайные оговорки вроде «Мама достанет тебе это» или «Сядь к маме на колени». Словечко соскальзывало редко, но малыши подхватывают легко. Их дружба превратилась в болезненные даже какие-то узы, его большие темные глазенки смотрели уже не так потерянно, единственный взгляд, в котором она не читала укора. Для него она не была бременем, неловким напоминанием о семейном несчастье. Ему требовались ее любовь, ее объятия, как прибежище от ругани Клэр, опора против холодности его тетки и дяди, утешение, когда он царапал коленку или Майкл уезжал на базу. Его потребность в ней питала ее самоуважение.

Лорел поняла, что никогда не сможет бросить Джимми, а права на него имеет только пока она — Лорел.

Уже несколько выходных Майкл не приезжал, и Джимми был целиком ее. Все ближе надвигалась поездка в Денвер. Лорел спала все меньше. Когда наконец приехал Майкл, она вообще не могла спать, расхаживая ночи напролет по крытым переходам, а днем чувствуя себя измотанной и вялой. Она допоздна дожидалась у себя, пока не затихнет дом, а потом пускалась в ночной тиши на прогулки.

В одну необычно теплую ночь она не стала надевать халат, накинув только пеньюар поверх ночной рубашки. Спустившись во двор, Лорел дошла почти до середины и только тогда заметила Майкла, стоявшего в полумраке перехода на дальней стороне. Поворачивать назад было уже поздно. Ладно, все равно надо поговорить с ним, можно и сейчас. Но она пожалела, что на ней нет халата.

В руке Майкл держал бокал, халат его был расстегнут. Он притворился, будто изучает плиты двора. Она многое узнала о нем, о его детстве, но все-таки представляла его только таким — взрослым и ожесточенным. Каким бы он стал, не встреться ему Лорел? Если б женился на надежной и серьезной девушке вроде Клэр? Когда она подошла к нему, он глаз не поднял.

— Вижу, ты тоже не можешь спать?

— Но попыток не бросаю, — Майкл одним глотком осушил бокал.

— Майкл, нам надо когда-то поговорить. — Рядом с ним она чувствовала себя совсем маленькой.

— Что ж… Дженет вот сказала, что ты взяла за привычку удирать по ночам, — опасно мягко заметил он. — Давай и об этом поговорим тоже.

— Уезжала я всего однажды. Поехала за Консуэлой. Ты знал, что она возит Джимми к Алтарю Желаний? Они загадывали… чтобы вернулась его мама.

— Бедняга Консуэла! У нее еще сохранились иллюзии насчет матерей. А с чего вообще ты вернулась? — холодные глаза, запавшие в темных глазницах.

— Об этом я и хотела поговорить.

Докончив вторым глотком выпивку, Майкл наконец взглянул на нее.

— Так говори! — почти шепотом приказал он.

От страха и смятения у нее перехватило дыхание, как и всегда, когда он смотрел на нее в упор. Сорваться бы и умчаться куда подальше.

— Я не знаю.

— Очень подробно сегодня отвечаешь, — от него сильно пахло виски.

— Майкл, да пойми же! Я не могу вспомнить! Я ничего не помню. Ни тебя, ни Джимми! Даже имени своего не помнила, пока в тот вечер ты не приехал в мотель. Твое было записано у меня на клочке бумаги. У меня только и было — одежда на мне. Я не могу сказать, где была — потому что — я не помню! Пожалуйста, поверь мне!

— Ох, да уже слыхали! У тебя амнезия! Все объясняет, удобная штука. Христос! — бокал разлетелся на звонкие осколки на плитах. Майкл схватил ее за руку. — Где интересно, подцепила идейку? С экрана телевизора? Но, Лорел, я уже не тот чертов болван, за которого ты выходила замуж.

— Майкл! — Голос в мозгу вопил: «бежать, бежать!» Но Майкл сгреб ее и притянул к себе, жарко дыша в лоб, пуговицы халата холодили сквозь ночную сорочку.

— Так давай объясню я. Делишки у твоего нового дружка пошли плоховато, да? Денежек не стало хватать! Ты и решила — капелька роскоши для разнообразия не помешает. Подумала, а недурно бы повидать старика Майкла, да за ради смеха и на малыша взглянуть — какой он там? Или влипла в передрягу и решила смыться? Такому объяснению я могу поверить и принять. Но не рассчитывай, что куплюсь на амнезию!

Отпустив ее, он упал на каменную скамейку, отирая лоб. На минуту вид у него был побежденный. Взрыв ярости так же внезапно оборвался, как налетел. Все в нем непредсказуемо, пугающе.

— Эта… эта роскошь, как ты называешь, вряд ли я вернулась поэтому. Мне тут даже не нравится.

— Тогда почему, черт побери, ты не уберешься? Оставь нас в покое! Как только закончатся дрязги в Денвере, ты свободна. Как ветер! Если тебе деньги нужны, я дам! Только выметайся из моей жизни и жизни Джимми…

Когда он повышал голос, Лорел боялась его меньше. Пугало ее, когда он напряженно затихал.

— Но я не могу!

— Почему? Из-за Джимми, да? — теперь он издевался над ней.

— Да. Ему нужна мать, Майкл. Разве ты не видишь? — она присела рядом с ним.

— А два года назад, как думаешь, не нужна была? Бросила новорожденного, а теперь мамочка, оказывается, ему потребовалась!