Читаем Жека 2 полностью

— Сейчас я тебе расскажу, какие расклады. Я человек новый тут. Но пришёл всерьёз, и надолго… — значительно заявил Жека. — У вас тут, похоже, воруют все по чёрному. Из-за этого прибыль предприятия копеечная. Можно работать лучше. И получать намного больше. Но мне не на кого опереться тут. Я конечно могу подтащить грамотного человека, но когда он войдёт в курс дела? Мы по миру успеем пойти. Сейчас вся наша контора держится на моих личных деньгах, и договорённости с людьми. Опасными людьми…

Жека сделал значительную паузу, и чиркнул пальцем по горлу.

— Что ты хочешь? — посерьёзнела Ирина.

— Оцени деятельность общества. Абсолютно всё. Мне нужны данные о действующих договорах, движению денег, обороте средств, зарплатные ведомости высших управленцев. Мне надо ВСЁ. Я должен точно знать, как мы работаем, и на что мы можем рассчитывать. Я не могу искать денежных заказчиков, если не буду знать о реальном состоянии дел в обществе. Нахапать заказов, чтоб на задницу присесть, не выполнив их? Штрафы и неустойки заказчикам платить? Нафиг нам это.

— Это трудно… — задумалась Ирина. — Придётся искать доступ к бумагам, которые в компетенции главного бухгалтера и главного экономиста.

— Придёшь в выходные. Или вместе давай придём, я возьму ключи от кабинетов. Охрана-то моя, — усмехнулся Жека. — Прошерстим по быстрому. Я вчера был в старом АБК, а там кооператорам сдают помещения, и всяким фашистам. Доход себе, а расход нам. Я подозреваю, здесь много таких схем.

— Хорошо. Когда начнём? — согласилась Ирина.

— В ближайшую субботу. Вот тебе небольшой аванс, — Жека положил перед молодой женщиной 500 рублей, и бросил на них первую попавшуюся под руку бумагу. — Ладно. Мне пора. Поедем с Николаичем на комбинат. Посмотрю, как дело идёт.

— Ну чё? Поехали? — зайдя к Николаичу, Жека посмотрел на часы. — Одиннадцать уже. Ты совет акционеров позвал? Совет трудового коллектива? На два часа дня?

— Обзвонил сегодня с утра, — недовольно откликнулся директор, вставая с кресла, и беря в руку портфель. — Я искренне не понимаю, зачем ты заигрываешь с рабочими. Я уже давно в строительстве, и знаю, что это за публика. Они тебе гору обещаний надают, а потом на попятную. Я сколько раз говорил с мастерами, чтоб они доводили до сведения рабочих, что ни забастовки, ни митинги, никогда, и ни к чему хорошему не приведут.

— Ты с ними говорил как с наёмными работниками, — возразил Жека. — Кстати, мне нужна будет списочное количество трудового коллектива на момент акционирования.

— А зачем тебе это? — замер директор. — Я тебе и так скажу. 252 человека. Это весь персонал, включая инженерный корпус, мастеров, прорабов и дирекцию.

— А затем, что нужно произвести эмиссию пакета акций, принадлежащих трудовому коллективу. Так… С 63 штук вашей доли уставного капитала, получается 252 акции стоимостью 250 рубля каждая. С этого будем плясать.

— Подожди, подожди! — возразил директор. — А зачем дробить их? Эти акции принадлежат трудовому коллективу! Как единоличному собственнику! Ты же не хочешь свои акции дробить?

— А с чего ты взял, что эти акции мои? — усмехнулся Жека. — Ими обладает ТОО «ИнвестФонд». Он выступает как единственный акционер. А согласно его уставу, отчуждение долей учредителей невозможно. Наш пакет акций невозможно поделить по закону, получается.

— Зачем проводить эмиссию акций? Что это вообще?

— Чтобы люди распорядились ими. Ты основы рыночной экономики-то хоть знаешь? Газеты хоть читал? Согласно закону об акционерных обществах, у каждого члена общества должна быть возможность распорядиться своими акциями по желанию. Может, человеку не нужна его акция. Может, мы кирдыкнемся через месяц. И тогда этой акцией только жопу можно будет подтереть, — вкрадчиво заявил Жека. — А так… Ну… 250 рублей это ползарплаты считай что. Нахаляву не хило? А их ведь можно и дороже купить? Вдруг кто-то из своих же рабочих по 300 рублей купит? Или по 1000 рублей?

— И чего ты добьёшься этим?

— Ничего! — как отрезал Жека. — Положено по закону, значит, надо. Всё. Хватит разглагольствовать! Поехали!

А хмырь-то на серой «Волге» ездил! Причём новой! «Вот на такую херню и уходят деньги» — мрачно подумал Жека.