Анни понимающе кивнула и постаралась сохранить спокойный и взвешенный тон. Хейзел Миллс производила впечатление человека, который вряд ли поддастся на угрозы. Да Анни и не собиралась ей угрожать. Пока, по крайней мере.

– Я понимаю, – сказала она, – врачебная тайна. Конфиденциальность и все такое. Но мы ведем расследование убийства, мисс Миллс. И исчезновения Сюзанны.

Та ничего не ответила.

– Вчера был обнаружен труп женщины, – сказала Анни. – Как раз напротив квартиры Джулии Миллер.

Рука Хейзел Миллс инстинктивно поднялась к горлу.

– Это была…

– Мы этого не знаем. Но тело подходит под ее описание. А теперь еще и Сюзанна пропала…

Хейзел Миллс кивнула. И побледнела еще больше.

– Я пойду и принесу вам нужные медицинские карты.

Она встала, взяла себя в руки и вышла из комнаты.

Анни осталась ждать.

С нетерпением.

Глава 40

– И отсюда виден плавучий маяк, прямо вот здесь…

Фил показал в сторону реки через окно квартиры Джулии Миллер.

Следуя за его рукой, Фиона Уэлч тоже посмотрела вниз. Она на несколько секунд задумалась, затем кивнула каким-то своим мыслям, и на губах ее появилась легкая улыбка, как будто она получила подтверждение своим догадкам. Она тут же начала делать какие-то заметки в своем «БлэкБерри». [14]

Она уже начала раздражать Фила. Он все никак не мог увести ее отсюда. С первого взгляда она показалась ему маленькой и робкой, боявшейся слово лишнее сказать и склонной держать собственное мнение надежно спрятанным за стеклами своих очков. Но когда она начала говорить, он почувствовал, что за этой ее пассивно-агрессивной манерой поведения скрывается стальная решимость. И даже некоторая надменность, базирующаяся на уверенности, что все ее теории обязательно правильные, независимо от того, насколько они обоснованы. И еще убежденность, что окружающие рано или поздно неминуемо придут к ее точке зрения.

Плавучий маяк по-прежнему находился в оцеплении, а бригада криминалистов еще раз прочесывала окружающую территорию в поисках вещественных доказательств. По своему опыту Фил знал, что они могут остаться здесь еще на несколько дней.

– Итак, что вы думаете по поводу всего этого? – спросил он, отвернувшись от окна и внимательно глядя не на место преступления, а на Фиону. – Есть какие-то соображения, которыми вы хотели бы поделиться?

Если она и заметила легкий сарказм в его голосе, то виду не подала.

– Мотив у всего этого, безусловно, сексуальный. – Говоря это, она кивала, словно еще раз подтверждая собственное мнение. – Убийство на сексуальной почве.

– Очевидно.

– Тело расположено так, что ноги его раздвинуты, а мачта маяка находится между ними… Этим он подает нам недвусмысленный сигнал, что является сексуальным хищником.

– Не говоря уже об изуродованных гениталиях и слове «шлюха», вырезанном на теле.

И снова она не обратила внимания на его тон, а просто кивнула.

– Совершенно верно.

– Если это Джулия Миллер, вероятность чего все более возрастает, не могли бы вы сказать, насколько важным является то обстоятельство, что он поместил ее тело на плавучий маяк в прямой видимости ее квартиры?

Фиона, казалось, хотела сразу что-то ответить, но сдержалась. Прежде чем продолжить, она внимательно посмотрела на Фила.

– Думаю, да. – Она улыбнулась. – Можно также отметить, что мачта маяка указывает в сторону квартиры Джулии Миллер. Как будто каким-то образом осуждая ее…

– Осуждая? В чем?

Последовала еще одна застенчивая улыбка.

– Я этого не знаю. Но мы это выясним, не правда ли? – Потом она пожала плечами. – А возможно, и не выясним…

Фил чувствовал, как внутри начинает закипать злость. Он не должен работать с таким человеком, с маленькой энергичной выскочкой, пытающейся таким образом сделать себе имя. По крайней мере, не на таком ответственном деле. Ему нужен профайлер, мнение которого он мог бы уважать, чьи доводы были бы разумными, а выводы основывались на четком и взвешенном эмпирическом мышлении. Он хотел бы…

Марину.

Он вздохнул.

– С вами все в порядке?

Фиона Уэлч стояла перед ним. Ее рука была прямо перед лицом Фила, как будто она хотела прикоснуться к нему, но не была уверена в том, какую это может вызвать реакцию. Она озабоченно смотрела ему в глаза.

– Я… все нормально, – сказал он, поймав ее взгляд.

Да, в ее взгляде действительно была озабоченность. Но помимо этого и что-то еще. А может, ему это только показалось.

Он отступил назад, понимая, что она продолжает следить за ним.

– Вы уверены?

Ее голос был тихим и хриплым.

– Да. – Он отвернулся и снова посмотрел в окно. – Я уверен.

Она по-прежнему смотрела на него, он это просто чувствовал.

– Вы просто устали.

Она подошла и встала с ним рядом. Через пиджак он ощущал тепло ее кожи, прикосновение ее голой руки. Скользнув змейкой, ее ладонь опустилась на его пальцы.

– Ведь так?

– Давайте пока осмотрим остальную часть квартиры, – сказал он, отходя от окна в центр комнаты.

Полагая, что она следит за ним, он все же рискнул мельком взглянуть на нее.

Голова Фионы была опущена. Она быстро подняла глаза, заметила, что он смотрит на нее, и тут же снова наклонила голову.