Как по заказу в следующие минуты фильма был эпизод, где один из персонажей в исполнении Жан-Клода Ван Дамма ревнует брата-близнеца к своей девушке и представляет откровенные картины измены. «И напуркуа, спрашивается, я пересела?!» — поджав губы и нервно сглотнув, едва выдержала окончание этих сцен.

Надо отдать должное Владу, он до конца фильма не лез ко мне, а только иногда гладил по рукам и пару раз поцеловал в затылок.

Досмотрев кинокартину, моим восторгам не было предела:

— Опупительный фильм! Просто бомба!

— Еще посмотрим?

— Да! А есть что-то подобное?

— Доверишься моему вкусу?

— Да. Давай! — Эх, знала бы тогда на что соглашаюсь!

— Погоди, я только Пашке перезвоню, чтобы нас не отвлекали.

— А который час?

— Почти три. — И с этими словами Влад выбрался с дивана и вышел в коридор, а через минуту послышалось примерно такое: — Привет. Да. Более чем. Да. Нет, поэтому и звоню. Ну, если наладится — конечно. Угу. Юле тоже передавай.

Вернувшись в гостиную, он выбрал новую видеокассету и уселся опять за мной.

— Что Паша сказал?

— Тебе привет. Договорились завтра созвониться. Посмотрим по погоде, может, выберемся куда-нибудь.

— Так позвал бы их с Юлькой, вместе бы фильм посмотрели.

— Успеем еще. Поверь, они тоже отлично проводят время. — Откинувшись на спинку дивана, он притянул меня к себе, и, обхватив рукой за живот, спросил, включая «видик»: — Ну, поехали?

Глава 17

Первые десять минут фильма не предвещали ничего плохого: женщина прилетела к своему мужу-послу в Бангкок. Легкое недоумение вызвал их диалог. Мужчина спрашивал, был ли у нее секс с фотографом, который делал с ней фотосессию. Дальше — больше. Они приезжают в дом, где первым делом… да, занимаются любовью. За ними какое-то время подсматривают слуги, после чего…

На этом моменте, когда я начала понимать, что фильм, судя по всему, для взрослых, Влад одним движением перебросил свои ноги через мои, как бы обхватив ими меня. Дернувшись, спросила:

— Ты что делаешь?

— Это чтобы ты не сбежала.

— А что это за фильм?

— Смотри.

После сцены совокупления слуг, я, как можно спокойнее, попросила:

— Отпусти меня.

— Тебе неудобно?

— Зачем ты его включил?

Попыталась вырваться, но поняла, что бесполезно: кроме ног, он крепко держал меня рукой.

— Влад!

— Тихо. Смотри дальше.

— Я не буду смотреть это с тобой!

— Будешь.

Закрыв глаза, попыталась заткнуть уши, но он тут же, поборов меня, силой опустил мои руки вниз, скрестив на животе.

— Отпусти! Влад!

— Не дергайся.

— Зачем ты меня заставляешь?

— Даш, мы просто заполним немного твои пробелы.

— К-какие пробелы?

— Сама поймешь.

— Влад! Зачем?! Блин..! Выключи!

— Для того, чтобы ты не считала меня извращенцем. И не смотрела круглыми глазами, когда я выйду за рамки миссионерской позы и положу твои ножки себе на плечи.

— Что?

— Даша… мы досмотрим его до конца.

Вот так начались полтора часа душевных пыток под названием «Эммануэль». Конечно же, на протяжении этого времени, я периодически пыталась остановить этот «киносеанс», но натыкалась на неизбежное:

— Хватит скулить. Нет, смотри. Еще ликер будешь?

В конце фильма, где главная героиня пошла на свидание с мужчиной в возрасте и тот ездит с ней по разным притонам, где ее насилуют или же отдают как приз победителю поединка — я, перестав вести борьбу, притихла и поняла, что, несмотря на все… возбуждаюсь. Наблюдать со стороны за тем, что кто-то занимается сексом — это, знаете ли, не оставляет равнодушным.

Судя по всему, Влад испытывал то же самое, так как запустил руки мне под футболку и сжал грудь:

— Теперь продолжим..?

…

Следующие сутки разорвали все мои стереотипы об интимной жизни людей. То, как это происходит у животных, я видела не раз. Проводя много времени в селе, избежать этого было невозможно, а вот… э-э-э… периодичность и фантазия, проявляемые Владом — стали открытием. Ну и сам процесс занимал далеко не минуту-две. Впечатлений — море, о чем я и поделилась с Юлькой при первой же возможности.

А возможность эта представилась мне в воскресенье после обеда, когда мы приехали к своим друзьям на посиделки. Дождь не прекращался, а потому Паша забрал нас, и, высадив меня у парадного, укатил вместе с Владом в какую-то шашлычную, к знакомому по имени Алик, что бы тот пожарил на углях замаринованное мясо.

Юля, открыв мне дверь и пропуская внутрь, с ходу спросила:

— Ну что? Жива?

— А были сомнения, на сей счет?

— Пха-ха-ха! Пашка сказал, что чего доброго от тебя уже одна шкурка осталась!

— Да иди ты! — рассмеявшись в ответ, отправилась вслед за подружкой на кухню.

— Так. Мой руки и помоги мне с салатом, и, в общем-то, уже все готово.

Повозившись немного на кухне и завершив приготовления, Юлька налила нам по бокалу белого вина, и мы отправились в комнату-библиотеку, где расположились на креслах.

— Ты как вообще? Все нормально?

— Более-менее да. Только дискомфорт немного… там. То ли цистит начинается… не могу понять.

— О, мой бог! Погоди. — Она вышла, а вернувшись, протянула блистер с таблетками. — Выпей сейчас одну, а потом еще на ночь. Обычно этого хватает. И запомни на будущее — слишком бурный секс провоцирует воспаление мочевого.

— Да?!