Читаем Жаклин полностью

Джекки не уставала издеваться над политическим окружением ДФК, называя этих людей «лакеями», «шакалами», «дебилами», когда их не было поблизости, но в их присутствии мило улыбалась и вела с ними светский разговор.

Как бы ее ни пугала избирательная кампания, у нее не было иного выбора, как только помогать во всем мужу.

«Если Джек не будет баллотироваться в президенты, — говорила она, — он уподобится тигру в клетке».

На этот раз Кеннеди путешествовал по всей стране, произнес 100 речей в 100 городах за один год, встречаясь с партийными лидерами и избирателями, делегатами и добровольцами, создавая мощную политическую машину, способную обеспечить его победу. В то же время он делал все, чтобы общественность не сравнивала его как политика с отцом, отличавшимся консервативными взглядами, ибо у Джека имелась своя стратегия. Джо Кеннеди во время кампании не появлялся на людях, и его нельзя было увидеть на фотографиях в газетах рядом с сыном.

Во время избирательной кампании Кеннеди было всего сорок два года. Поначалу к нему никто не относился всерьез. Срок его пребывания в сенате был еще слишком мал, а то, что он являлся католиком, рассматривалось как препятствие на его пути в президенты. У него часто спрашивали, не согласится ли он стать вице-президентом, на что он раздраженно отвечал: «Я не собираюсь быть вице-президентом».

Отец соглашался с ним. Джо, истративший более семи миллионов долларов на то, чтобы ввести своего сына в Белый дом, заявлял: «Мы не собираемся быть на вторых ролях».

Джекки, при всем ее отвращении к политике, твердо настаивала на том, чтобы ее муж баллотировался в президенты. Однажды вечером, когда Билл Этвуд, помощник Стивенсона, ужинал вместе с Кеннеди в джорджтаунском доме Бена и Тони Брэдли, Кеннеди спросил Этвуда о том, что замышляет его босс. В то время Джек хотел добиться одобрения Стивенсона и был поражен, узнав от Этвуда, что лидер демократов прочит его на вторые роли.

«Я на это не пойду, — сказал Джек довольно сурово. — Я буду баллотироваться в президенты и точка».

Джекки, которая не участвовала в этой политической дискуссии, вдруг с волнением вступила в разговор: «Пусть Стивенсон один потерпит поражение, — сказала она. — Если вы не верите Джеку, я могу поклясться, что он не согласится избираться вместе со Стивенсоном».

Беременность спасла Джекки от самых трудных дней кампании, но вначале она сопровождала мужа по всем штатам.

«Слава Богу, что покончено с этими дурацкими обедами, — говорила она, — во время которых нужно сидеть во главе стола, носить корсет, ни сметь и думать о сигарете и слушать какого-нибудь болтуна, который может довести вас до изнеможения».

Джекки согласилась помогать мужу во время первичных выборов в Висконсине и Западной Вирджинии, где Кеннеди встретился со своим самым сильным оппонентом в лице сенатора Губерта Хэмфри. Этот сенатор от штата Миннесота жаловался на огромное количество родственников Кеннеди, которые помогают Джону во всех штатах. «Они все похожи друг на друга и говорят одинаково. Люди всех их принимают за Джека. Мне сообщают, что он появляется одновременно в двух-трех штатах».

Джекки не устраивала чаепитий по всему Висконсину, подобно Розе и Джин, Пэт и Этель. У нее имелись свои идеи, и она претворяла их в жизнь, ни с кем не советуясь. Однажды, находясь в городке Кеноша, она вошла в оживленный супермаркет и, послушав управляющего, говорящего о ценах на товары, взяла в руки микрофон и начала говорить срывающимся голосом: «Продолжайте делать покупки, а я расскажу вам о своем муже, Джоне Кеннеди». И она вкратце поведала о его службе в морфлоте и работе в конгрессе, закончив тем, что он очень озабочен благосостоянием страны, и призвав всех голосовать за него.

В Форт-Аткинсоне жена лютеранского священника стояла вместе со своими детьми возле отеля «Блэкхоук» и ждала появления Кеннеди. После того как Джон вышел и пожал руку сияющей матери, он обратился к Дэйву Пауэрсу: «Приведи сюда Джекки». Пауэрс перевел Джекки через улицу, и Кеннеди сказал жене: «Пожми руку этой леди, Джекки».

Когда Кеннеди вернулся на один день в Вашингтон, Джекки весь вечер ждала результатов выборов. Джек победил на первичных выборах, получив 56 % голосов, после чего Джекки отправилась сначала в Вашингтон, а потом на отдых и Палм-Бич. Она обещала мужу вновь участвовать в избирательной кампании в Западной Вирджинии, Индиане и Небраске, если он отвезет ее в Рождество на Ямайку.

«Она не стала бы участвовать в кампании, если бы не знала, что за этим последует отличный отдых», — говорит один из помощников Кеннеди.

Кампания в Западной Вирджинии проходила очень сложно. Кеннеди пришлось вплотную столкнуться с Хэмфри. Но сенатор от штата Миннесота не мог противостоять известным деятелям, которые поддерживали Джона Кеннеди. Одним из таких политиков был Франклин Делано Рузвельт-младший, который, соединив вместе два пальца, говорил, обращаясь к шахтерам, что его отец и отец Кеннеди были закадычными друзьями.

Перейти на страницу:

Все книги серии Женщина-миф

Галина. История жизни
Галина. История жизни

Книга воспоминаний великой певицы — яркий и эмоциональный рассказ о том, как ленинградская девочка, едва не погибшая от голода в блокаду, стала примадонной Большого театра; о встречах с Д. Д. Шостаковичем и Б. Бриттеном, Б. А. Покровским и А. Ш. Мелик-Пашаевым, С. Я. Лемешевым и И. С. Козловским, А. И. Солженицыным и А. Д. Сахаровым, Н. А. Булганиным и Е. А. Фурцевой; о триумфах и закулисных интригах; о высоком искусстве и жизненном предательстве. «Эту книга я должна была написать, — говорит певица. — В ней было мое спасение. Когда нас выбросили из нашей страны, во мне была такая ярость… Она мешала мне жить… Мне нужно было рассказать людям, что случилось с нами. И почему».Текст настоящего издания воспоминаний дополнен новыми, никогда прежде не публиковавшимися фрагментами.

Галина Павловна Вишневская

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное