Читаем Жаклин Кеннеди полностью

В результате семейных неурядиц миниатюрная и обаятельная Дженет, несмотря на умение обворожительно улыбаться, выросла человеком весьма жестким и сдержанным. Самоконтроль и дисциплина въелись в ее натуру накрепко, но под маской истинной леди скрывался буйный темперамент, приправленный изрядной нервозностью. В конце концов спортивная и амбициозная девушка с приятной внешностью и безупречными манерами сменила ненавистную ирландскую фамилию на французскую, когда вышла замуж за Джона Бувье.

Этот персонаж был весьма примечательной личностью. Чрезвычайно привлекательный мужчина, он имел, как вспоминала позже Жаклин, «потрясающую фигуру», и его колоритная внешность дочерна загорелой кинозвезды всегда выделялась в любой компании типичных американских парней. Смуглолицего черноволосого красавчика с пронзительно-синими глазами после выхода знаменитого фильма «Шейх» с Рудольфом Валентино в главной роли за глаза называли Шейхом. Крайне тщеславный, он массу времени тратил на уход за своей внешностью, волосок к волоску расчесывая густые черные волосы и тонкие усики а-ля Ретт Батлер из «Унесенных ветром» в исполнении Кларка Гейбла (на которого был действительно похож). Регулярное посещение солярия или закрытого мужского пляжа покрыло все его тело безупречным загаром. Редко кто мог увидеть его небрежно одетым, даже в летнюю жару на нем как влитой сидел модный габардиновый костюм.

Немало времени Джон уделял и спорту, благодаря чему всю жизнь пребывал в отличной форме, хотя к спортивным достижениям не стремился. Зато непременно посещал боксерские чемпионаты, важные футбольные матчи и скачки, получая, кроме удовольствия, еще и выгоду от тотализатора. Из-за азартности, неизменного загара, да еще пристрастия к карточным играм к нему окончательно прилипло прозвище Блэк Джек. Пагубная страсть даже стала причиной исключения юного картежника из подготовительной школы Академии Филипс Эксетер. Тогда его отец посодействовал, чтобы нерадивого юнца приняли в Колумбийский колледж, который когда-то закончил он сам. Там Джон Бувье в течение двух лет играл в теннис, а затем перешел в Йельский университет.

Престижный Йель ему окончить удалось, хотя и числился там в двоечниках. Интеллектуальному росту он предпочитал участие в разгульных вечеринках с разбитными девчонками. Последние липли к нему, как одалиски к шейху, и с удовольствием принимали приглашения на пирушки, организатором которых Блэк Джек чаще всего и выступал. Редкая девушка была в силах устоять перед его врожденным артистизмом и харизматичным обаянием. Но когда очередная пассия ему надоедала, он без сожаления с ней расставался.

«Моим девизом был Мартин Лютер, – говорил Джон. – Тот, кто не любит вина, женщин и песен, всю жизнь остается дураком». Он совратил даже своих сестер-близнецов, Мод и Мишель. Кроме того, Блэк Джек был бисексуален и вступал в многочисленные связи не только с женщинами, но и с мужчинами, нередко в одну и ту же ночь. Одним из его партнеров был Коул Портер[1], рассказывавший своим друзьям-гомосексуалистам: «Я просто без ума от Джека».

Окончив университет, Блэк Джек работал биржевым маклером, отслужил в армии, а выйдя в запас в чине майора, вернулся к спекуляциям ценными бумагами. На этом поприще ему сопутствовал успех, и ко времени женитьбы он имел собственное место в зале биржи на Уолл-стрит и немалое личное состояние.

Безусловно, Дженет была в курсе похождений своего жениха, который был старше нее на 16 лет. Как и многие юные девы до и после нее, надеялась, что любовь изменит ветреного красавчика, и старалась приложить к этому все усилия, даже подружилась с Мод и Мишель. Увы, ее попытки оказались напрасными: домашний уют Джону вскоре наскучил, а привычки ловеласа никуда не делись. Да и не привык он бороться с соблазнами и отказываться от собственных прихотей. Так что примерного семьянина из него не получилось, а постоянные интрижки на стороне бесили всегда невозмутимую Дженет до крайности.

К тому же взаимоотношения между семьями Ли и Бувье были неприязненными. Родители Дженет, лишь недавно разбогатевшие, относились всего-то ко второму поколению ирландских иммигрантов. А семейство Бувье – их соседи по Парк-авеню и Ист-Хэмптону, объявлявшие себя потомками французских аристократов, – кичились своим происхождением, глядя на Ли сверху вниз. В результате обе семьи считали этот брак мезальянсом.

Забавно, но аристократическое происхождение Бувье – это выдумка главы огромной семьи, майора Джона Верну Бувье – младшего. Его отец со своими двумя братьями были одними из самых успешных дельцов в мире финансов на Уолл-стрит и одними из старейших членов Нью-Йоркской фондовой биржи. Их наследник во время Первой мировой войны был назначен майором Корпуса генерального прокурора армии США, а после войны 40 лет проработал судебным поверенным, не чураясь и биржевых сделок.