Читаем Зеркало полностью

– Вовка нестабилен, как ситуация в стране, – хохотнула Лера. – Видишь, Куст, не все так плохо! Это вот, вроде как пара. Культурная девочка и некультурный чурбан.

– Любят девки хулиганов! – Поддакнула Жуляева.

– Он не хулиган – он дурак, – кивнула Лера. – И позиция у него исключительно капиталистическая, во всем. Зад в тепле, спина в прохладе. Очень удобно!

– Да, Вовка тот еще выгибонистый гиббон, – снова поддакнула Таня. – Парень категории «Свидание не стоило помытой головы».

– Прости, Лялечка, тут не размер глаз значение имеет, – положил голову на грудь Кольчугиной Володя.

– Красивая пара. – улыбнулась Альбина. – Так, товарищи! Мне пора идти. Еще обязательно увидимся!

– Давайте я вам что-то заверну! – Кинулась за пакетом Ляля.

– Беги, Куст! – Заговорщически шепнула Жуляева. – Лялька заботливая, не утащишь гостинцы ее!

– Держите! – Протянула увесистый пакет Садыкова, неожиданно вновь возникнув перед Альбиной. – Угощайтесь и еще приходите! Рада была вас увидеть!

***

Кустова вышла в подъезд и взглянула на часы на руке. Почти 9 вечера. Где-то внизу нажали кнопку лифта. Машина загудела, поднимая грузное тело наверх. Кустова подошла поближе и провела рукой по ДВП-дверям подъемника. Местами прожженная сигаретами. Сколько надо такому лифту, чтобы вспыхнуть? Доиграются…

Она выросла в этом подъезде. Помнила почти каждого жильца. На первом этаже жил милиционер с семьей. Жил неплохо, но после развала страны внезапно разбогател. Купил караоке, новую машину. Ну не зарплату же ему подняли, в самом деле! На седьмом этаже жила самогонщица, к ней постоянно ходили клиенты, днем и ночью. Через пару лет они сожгут этот самый лифт и устроят в подъезде страшный пожар. На третьем этаже – бывший работник крупной государственной компании. В 90-х он лишился работы и человеческого облика: стал жутко пить. А на верхнем этаже жил большой сосед, который всегда очень громко здоровался. У других ее оставляли, когда родители были на работе. Один подъезд – как отдельный мир. У каждого своя жизненная линия. Своя судьба.