Читаем Земли, люди полностью

Демагогъ? Я не знаю, что такое демагогъ: точный смыслъ этого понятія установить очень трудно. Но если и «демагогъ», то на рѣдкость искренній. Черчилль безпрестанно переходилъ изъ одного лагеря въ другой и всегда былъ убѣжденъ въ своей глубокой правотѣ. Таковъ былъ и герцогъ Мальборо, его знаменитый предокъ. Мирабо говорилъ съ изумленіемъ о Робеспьерѣ: «этотъ человѣкъ дѣйствительно вѣритъ въ то, что говоритъ!» Изреченіе французскаго революціонера какъ нельзя болѣе подходитъ къ Черчиллю. Въ этомъ старомъ искушенномъ политикѣ, въ блестящемъ ораторѣ и даровитомъ писателѣ сидитъ и простодушный читатель «Дэйли Мэйль». Недавно въ статьѣ, напечатанной въ этой газетѣ, онъ призывалъ Макдональда, Болдвина и Ллойдъ-Джорджа собраться втроемъ, подумать и вынести рѣшеніе, какъ быть Англіи. «Только они трое изъ всѣхъ нынѣ живущихъ англичанъ были первыми министрами. Пусть же они и рѣшатъ, что намъ дѣлать. Мы всѣ будемъ имъ повиноваться», —писалъ Черчилль. Оно конечно: Макдональдъ великій человѣкъ, Болдвинъ тоже, но все-таки почему же такое послушаніе, — вы наши отцы, мы ваши дѣти? Во

Франціи ни одному политическому дѣятелю (и пониже Черчилля рангомъ) не пришло бы въ голову «повиноваться» и призывать къ повиновенію Стегу, Франсуа Марсалю или Шотану на томъ основаніи, что они занимали должность министра-президента.

Нѣтъ, не будетъ Черчилль диктаторомъ.

_____________________

Другой митингъ, не въ Ильфордѣ, а въ Лондонѣ. Его устраиваетъ лордъ Бивербрукъ.

Кто правитъ Англіей? Разумѣется, свободно избранный парламентъ. Но при извѣстной игрѣ ума, — въ томъ, напримѣръ, смыслѣ, въ какомъ Николай I говорилъ, что Россіей управляютъ тридцать тысячъ столоначальниковъ, — можно сказать, что Англіей правятъ три человѣка: лордъ Ротермиръ, лордъ Бивербрукъ и семья Берри. Имъ принадлежатъ три колоссальныхъ газетныхъ треста. Внѣ трестовъ остаются «Таймсъ» (національное учрежденіе), «Морнингъ Постъ» и еще нѣсколько вліятельныхъ газетъ, изъ которыхъ очень большое распространеніе имѣетъ только «Дэйли Геральдъ» (его тиражъ въ октябрѣ достигалъ 1.300 тысячъ экземпляровъ, хотя кампанія противъ Національнаго Правительства велась въ соціалистической газетѣ далеко не блестяще). О значеніи газетныхъ трестовъ говорить не приходится. Скажу только, что «Дэйли Мэйль» считается самой распространенной газетой въ мірѣ, и что чистый доходъ отъ одного этого предпріятія составилъ въ 1928 году около ста двадцати милліоновъ франковъ. Собственно, самой правильной классификаціей людей по ихъ умственному и душевному типу была бы классификація по газетнымъ штамповальнымъ машинамъ: homo sapiens «Дэйли Мэйлъ», homo sapiens «Дэйли Экспрессъ», homo sapiens «Дэйли Геральдъ», и т. д.

Огромный залъ театра переполненъ очень нарядной публикой. Занавѣсъ спущенъ. Передъ нимъ на авансценѣ распорядитель митинга создаетъ настроеніе. Онъ разсказываетъ анекдоты (очень недурно), сообщаетъ послѣднія новости, затѣмъ предлагаетъ публикѣ спѣть передъ митингомъ нѣсколько пѣсенъ. Въ разныхъ мѣстахъ зала посажены хористы. Раздается пѣніе. Распорядитель проситъ разрѣшенія снять пиджакъ, беретъ палочку и взволнованно дирижируетъ. Сначала поютъ трогательную пѣсенку «Джонъ Браунъ», затѣмъ другую, — вотъ весь ея текстъ: «Спрячьте въ карманъ ваши горести и улыбайтесь, улыбайтесь, улыбайтесь! Какой смыслъ огорчаться? Въ этомъ никогда не было смысла. Поэтому, спрячьте въ карманъ ваши горести и улыбайтесь, улыбайтесь, улыбайтесь!» — Минутъ черезъ пять весь театръ оретъ: «Smile, smile, smile!» Настроеніе создано. Но этого распорядителю мало. Онъ дѣлить зрительный залъ на двѣ части: публика лѣвой половины зала поетъ «Дэйзи, Дэйзи», а публика правой половины одновременно поетъ «Типперэри». Что получается въ музыкальномъ отношеніи, легко себѣ представить. Но цѣль достигнута: становится очень весело. Распорядитель надѣваетъ пиджакъ и исчезаетъ. Занавѣсъ поднимается. На сценѣ пять рядовъ креселъ для избранной публики. Дамы въ дорогихъ вечернихъ платьяхъ. Справа изъ-за кулисъ выходитъ невысокій худой человѣкъ съ лукавымъ, умнымъ лицомъ, — хитрый мужичекъ. Это и есть лордъ Бивербрукъ. Его встрѣчаютъ, такъ, какъ встрѣчаютъ Шаляпина, какъ встрѣчали Клемансо послѣ перемирія 11 ноября. Бурная овація длится нѣсколько минутъ. Люди, знающіе біографію газетнаго короля, могутъ сдѣлать горестные выводы объ умственномъ уровнѣ аудиторіи.

Никто не свисталъ лорду Бивербруку. Его противники составляли въ залѣ ничтожное меньшинство. Не надо спрашивать: зачѣмъ же собственно устраивается митингъ, если некого убѣждать? Митингъ устраивается потому, что лордъ Бивербрукъ любитъ говорить. Кромѣ того, завтра во всѣхъ его газетахъ, въ длиннѣйшихъ восторженныхъ отчетахъ, будетъ подробно изложена его рѣчь, и она отъ этого очень выиграетъ, ибо лордъ Бивербрукъ говорить не умѣетъ. Будутъ о ней отчеты и въ газетахъ лорда Ротермира, но покороче. Лорду Ротермиру принадлежитъ всего десять процентовъ въ трестѣ лорда Бивербрука. «Таймсъ» дастъ о митингѣ пять строкъ. «Дэйли Геральдъ», разумѣется, не упомянетъ о немъ ни однимъ словомъ.