Читаем Зеленый омут полностью

Последние слова Раджа Бгарати произнес вслух, наклонившись к лицу умирающей. Он вложил огромные сияющие рубины в ее слабую и уже бесчувственную руку и ощутил, как она дрогнула, в последнем усилии сжать камни.

Царь поймал своими губами последний вздох Сабхидари, держа ее руку с рубинами двумя руками, сжимая тонкие пальцы женщины, которая ушла, оставила его ради другого, неизвестного и загадочного соперника. Он пожелал ей освобождения из круговорота рождения и смерти, отпустил руки и заметил, что Сабхидари не разжала кулачок с его подарком, несмотря на пелену смерти, покрывшую ее худое смуглое тело, которое он так любил в этой жизни…

Никита слушал, затаив дыхание. Глаза Валерии, восточные, персидские, как и вся ее экзотическая, совсем не русская красота, напоминали ему половецких царевен, шатры, разноцветные бунчуки, развеваемые степными ветрами, жаркие ночи, полные ненасытных ласк и томительной страсти, серебро ковыля, сверкающее под копытами лошадей, низкое, выцветшее от зноя небо…

– Никита! – Валерия тесно прижалась к нему. – Это те самые серьги с рубинами, из-за которых убили Женю! Я их узнала! Их невозможно спутать, просто потому, что ничего подобного больше не существует!

– Колесо Судьбы сделало полный оборот…

– Что?

– Это я так, не обращай внимания!

Никита не хотел беспокоить Валерию, хотя сам напряженно размышлял. Эти серьги, вернее, серьга, – которую приобрел на свою беду московский ювелир Ковалевский, – таили в себе смертельную опасность. Непонятно было, откуда она исходит. Кто и почему охотится за рубинами? Кстати, второй камень обнаружить так и не удалось. Склеп, в котором покоилась последняя их земная владелица Александра Баскакова, обвалился, и серьга, которую грабители не успели снять с трупа, то ли исчезла, то ли осталась под землей.

Валерии нужно было чем-то заняться. Вынужденное безделье начинало тяготить ее. Возвращаться в Москву было опасно, и Никита, решив, что не отпустит женщину от себя ни на шаг, предложил ей часть своей работы. Он делал на дому переводы с нескольких языков, в том числе со шведского. Скандинавские языки были предметом его жгучей страсти, поэтому он с удовольствием избавился от английских переводов, уступив их Валерии. Работы у него всегда хватало, он даже не успевал ее выполнять в срок, поэтому помощник оказался весьма кстати.

Никита зарабатывал достаточно, и вполне мог обеспечить беззаботное существование не только своей матери и бабуле, но и Валерии, при всех ее повышенных запросах. Однако он понимал, что если не найдет ей интересного занятия, то она полностью погрузится в свои переживания и страхи. Как отнесется к этому ее рассудок, только Богу известно.

По вечерам он развлекал ее, как мог, – картами, музыкой или приятными беседами. По ночам он думал о ней и сходил с ума от желания. Валерия поразила его с первого взгляда, как будто он всю жизнь мечтал именно о ней, половецкой царевне, которую нужно украсть, увезти из отцовского шатра, бескрайней степи, спасаясь от погони, целовать, ощущая полынную пыльцу на ее теплых губах, привкус крови, привкус смерти за спиной…

Это была его женщина, с черным блеском зрачков из-под длинных ресниц, с мятежным и беспокойным духом, спящими до поры страстями, невыразимыми желаниями, дикими и горькими мыслями, полными вопросов, на которые не существует готовых ответов. Это была неожиданно свершившаяся сказка, в которую никогда до конца не веришь. Волшебная лампа Алладдина исполнила его желание – здесь, под Москвой, в роняющем золотую листву саду, под холодным российским небом, с которого совсем скоро медленно полетит искрящийся белый снег…

Однажды, когда Никита с Валерией развлекались очередным «воображаемым путешествием», вместо картинки прошлого или настоящего, появилось нечто другое – непонятное и пугающее.

– То, что я вижу…О! – Валерия даже зажмурилась, покраснела от волнения. – Это не прошлое! И не «сафари» в Африке, где мы с тобой в пробковых шлемах несемся на «джипе» и стреляем в тигров! Это…будущее!

– С чего ты взяла?

– Просто знаю, и все! Это ужасно! Боже…

– Что ты видишь? Говори!

– Женщина…совсем молоденькая. Красивая. Падает со скалы…Она альпинистка. Постой-ка! Ага…она не сама падает! Ее толкают! Тело летит вниз. Страшный удар! – Валерия вздрагивает, как будто сама переживает происходящее. – Она все еще жива…дышит. Кости все переломаны…