Читаем Зеленый омут полностью

…С безначальных времен суетные, томящиеся души заблудились, как спящий во сне. Все на земле, под землей, и каждая пылинка в бездонном космосе – непрерывно изменяется, пребывает в бесцельном беге, в неустанной погоне за собственной тенью…

– Но где же блаженство, о, Мудрый?

– Блаженство – это… – старик задумался, перебирая четки из сандалового дерева.

Огромная луна светящимся оком взирала на каменные лики божеств, вырубленные у входа в храм, у которого сидели двое – седой высохший старик и молодой, красивый мужчина в богатых одеждах.

– О, Владыка! Жизнь – лишь извечное волнение, все ее дороги ведут в мир страданий. Все суетно, и исчезает, как туман. За всякой вещью, которая манит человека к обладанию ею, притаился Мара.[39]

– Мара? Кто это?

– Это злобный обольститель, который тогда лишь утратит власть над тобой, когда ты поймешь, что все преходяще. – Старик погладил костлявой рукой блестящую в лунном свете седую бороду. – Кто смотрит на мир, как на мираж, иллюзию или сон, того не видит царь смерти.

– Царь смерти… – задумчиво повторил Владыка. – Как красиво и страшно!

– Красота есть истина, а страх – изощренная игра больного ума. Я вижу, ты играешь в игру страха, Владыка. Что послужило причиной подобного?

– О, Мудрый, – молодой мужчина сделал почтительный полупоклон. – Нечто непонятное мне происходит в моем благоуханном дворце, полном золотых статуй, мебели из черного дерева и мягких подушек из драгоценных тканей. Война, которую я вел с соседним правителем, закончилась полной победой моих храбрых и искусных воинов. Я получил роскошные дары и богатые плодородные земли, в которых ветви деревьев сгибаются под тяжестью плодов, леса полны жирной дичи, а реки кишат рыбой. Драгоценное оружие, боевые слоны, колесницы, пленники, все это – моя добыча, полученная в честном бою.

– Что же тебя тревожит, о Храбрейший?

Молодой царь задумчиво покачал головой.

– Сам не знаю. Побежденный правитель прислал мне подарки – розовый и черный жемчуг, алмазы, бирюзу, благовония и слоновую кость, разные заморские диковинки – невиданных зверей и птиц, золотые украшения, тончайшие ткани. И несколько девушек, прекрасных, как нежнейшие бутоны лотоса…

– Непобедимо ощущение мимолетности, – сказал старик. – Не потому ли мы так любим смотреть на огонь, что его танец неуловим и непрерывно изменчив?

– Я не понимаю…