В одиннадцатичасовых новостях будет, подумал Рид. Он вспомнил о записке, которую утром получил в участке. Из нее следовало, что убийства будут продолжаться. Случайным образом? Или нет? Убийца знает своих жертв? Играет с ними? Он нутром чуял недоброе.

— Что вы уже выяснили? — спросил он Мозес.

— Не слишком много. Пока все предварительно, но мы думаем, что этот тип остановился здесь, — она указала на подъездную дорогу, — потом либо перелез через забор, либо у него были ключи. Замок не взломан. Ему, видимо, пришлось ее нести, значит, это крупный или, по крайней мере, сильный мужчина. Следов, что тело волокли, нет; впрочем, вообще четких отпечатков нет — дождем размыло. Но главная дорога слишком заметна, поэтому, скорее всего, так и было. Как только узнаем больше, я тебе все расскажу.

— Спасибо, — сказал Рид.

— Не за что. — Они прошли под навес, и Мозес обернулась к полицейскому фотографу: — Вы закончили? Мне нужны снимки всего пространства, крышки гроба, ну и того, что внутри…

— Пойдем, — сказал Рид Морисетт, которая вроде бы пришла в себя. — Мы получим все отчеты, но я лучше отнесу новую записку Окано.

— Ох и надерет же она тебе задницу за то, что ты сюда поехал.

— Я случайно проезжал мимо, — сказал он, когда они шли по высокой траве.

— Ну да, и она, естественно, на это купится.

Он повел плечом и почувствовал, как за шиворот стекает дождь. Кладбище было не слишком ухоженным. Большинство могил были уже старые, столетние, лишь немногие, как, например, последнее пристанище Томаса Мэсси, относительно недавние. Газон зарос сорняками, кусты не стрижены. Почему убийца выбрал это кладбище? Это что-то значит для него или же выбор случаен? А могила? Почему именно Томас Мэсси? Так было удобнее или это подсказка?

Рид взглянул на мрачный горизонт. Черные тучи висели на шпилях церквей и на верхушках пальм и дубов, которые росли по бокам улиц. Почему второй жертвой оказалась Роберта Питере — пожилая женщина, казалось бы, дальше некуда от Бобби Джин?

Морисетт шла рядом. Ее ботинки из змеиной кожи сверху промокли от дождя и травы. У главных ворот он скорее почувствовал, чем увидел толпу репортеров и зевак по другую сторону ограничительной ленты.

— Детектив, расскажите, что происходит! — потребовал мужской голос.

— На данном этапе расследования мне нечего сказать, — автоматически ответил Рид и направился к машине.

— Снова дело рук Гробокопателя? Рид узнал голос.

— Какого гробокопателя? — переспросил он, разглядев Никки Жилегт, стоящую, как всегда, в первых рядах и жаждущую сенсации. Светло-рыжие волосы были собраны в конский хвост, с которого стекал дождь, глаза сияли, щеки раскраснелись на холоде. В своих мокрых кроссовках, джинсах и просторном пальто она выглядела моложе, не казалась врагом. В других обстоятельствах Рид счел бы ее симпатичной. Но сейчас она была обычной назойливой журналисткой, досадной помехой. В одной руке она держала диктофон, в другой — блокнот с ручкой. Бумага отсырела, чернила растекались, да и сама Никки намокала все сильнее. Но это не убавляло ее энтузиазма.

— Это дело рук того же преступника, который похоронил у Кровавой горы гроб с двумя телами? — спросила она.

— Рано отвечать на этот вопрос.

— А ваше мнение? — Жилетт шагнула вперед, не собираясь сдаваться.

— Я не собираюсь предполагать или говорить то, что может повредить следствию. — Он выдавил слабую нетерпеливую улыбку.

— Не похоже на простое совпадение. — Никки не отступала. Как всегда.

Включились и другие репортеры.

— Мы видели, как вы что-то копали. Нашли еще одну могилу? — требовательно спросил Макс О'Делл, подсовывая микрофон.

— Вы нашли пустой гроб? — поинтересовался второй репортер.

— Могилу ограбили?

— Или нашли гроб со вторым телом?

— Послушайте, — сказал Рид, стараясь не вспылить, — предоставьте нашу работу нам. Когда мы узнаем больше, то ответим на ваши вопросы.

— Когда? — снова Никки Жилетт. Она что-то лихорадочно записывала, прядь светлых волос упала на лоб.

— Мы распространим коммюнике.

— Пресс-конференции не будет? — спросила она. Дождь стекал по ее лицу на острый подбородок.

— Это не мне решать, — ответил Рид, сдержав грубость. — Спасибо. — Слегка взмахнув рукой на прощание, он миновал группу журналистов и направился к машине. — Поехали отсюда.

— И чем быстрее, тем лучше, — сказала Морисетт мягче обычного. — Когда мы вернемся в управление, надо сообщить Окано. — Роясь в сумочке в поисках сигарет, она бросила на него взгляд. В объемном кожаном вместилище зазвенели ключи и монетки. — Рискну сказать, что ей это совсем не понравится. — Опуская окно, она добавила: — Кстати, мне тоже не очень-то нравится. Кто, черт побери, мог убить пожилую женщину, которая помогала в библиотеке? — Морисетт несколько раз щелкнула зажигалкой, выругалась, полезла за другой, нашла ее и наконец закурила.

— И не просто убить, — буркнул Рид. — А похоронить заживо вместе с трупом.

Глава 11