Читаем Затерянные полностью

Четвертого апреля 2053 года Кэтрин О’Ливи, как обычно, проснулась в своей каюте за пятнадцать минут до звонка механического будильника, установленного на семь часов утра по южноевропейскому времени. Ее восьмичасовая вахта в должности дежурного коменданта подводной исследовательской станции «Наутилус» начиналась только с восьми часов утра, что давало возможность вставать не ранее половины восьмого. Но полтора года беспрерывной сменной работы успели утомить Кэтрин. Поэтому для приведения себя в порядок ей требовалось около часа, половина которого уходила на прием душа.

Контракт первого лейтенанта морской пехоты Кэтрин О’Ливи предполагал два года работы под водой и постоянное пребывание на объекте Шестого флота №257. Именно под таким грифом в секретном реестре структуры ВМФ Конфедерации проходила подводная исследовательская станция «Наутилус». Отпуска и выходные вне станции не были предусмотрены из соображений секретности. Эти неудобства контракта хорошо оплачивались, но в последнее время легче от этого не становилось. Постоянное нахождение в замкнутых помещениях все сильнее давило на психику.

Кэтрин была потомственным профессиональным подводником и не страдала клаустрофобией. Но чем ближе подходил срок окончания контракта, тем сильнее ее преследовали синдром постоянной усталости и странное сочетание ночной бессонницы с утренней сонливостью. При этом каждое новое утро начиналось с терпимой, но раздражающей головной боли в висках и неприятной вялости в мышцах.

Снотворные препараты и занятия в спортзале, которые прописал ей штатный станционный психолог, практически не помогали. Поэтому единственное, что оставалось Кэтрин,– это теплый, расслабляющий получасовой душ.

Понежившись в кровати пятнадцать минут, Кэтрин дождалась-таки звонка будильника. Его механический завод был рассчитан на двухминутную беспрерывную работу. Но вынести этот резкий, словно царапанье зазубренного ножа по рельефному стеклу, звук более двадцати секунд было решительно невозможно. Поэтому, уперев руки в перекладину кровати и подтянув ноги к груди, Кэтрин резким борцовским движением, словно высвободившаяся из-под гнета пружина, выбросила свое тело из постели.

Оказавшись у тумбочки, она с размаху опустила ладонь на выключатель звонка все еще надрывающегося будильника. Насладившись в течение нескольких секунд полной тишиной и ощутив некоторый прилив сил, Кэтрин открыла спальный шкаф, взяла чистое полотенце и отправилась в душевую кабину.

Когда-то, еще во время учебы в военно-морской академии, одна из подруг сказала ей, что самое выдающееся изобретение человечества – это автоматизированный душ. Тогда, на фоне ежедневных посещений шикарного пляжа Майами, такое экстравагантное утверждение показалось забавной шуткой. Но сейчас получасовые утренние водные процедуры превратились в такую же насущную потребность, как пища и сон.

Настроив температурный режим, Кэтрин уселась в позу Будды на полу душевой, подставив тело под теплые струи воды, и начала медитировать. Постепенно температура воды стала снижаться и через полчаса Кэтрин под воздействием заметно охладившегося душа окончательно пришла в себя. Обтеревшись, надев форму и наведя легкий макияж, девушка закрыла каюту и направилась в буфет. До начала смены оставалось еще двадцать пять минут, и можно было спокойно позавтракать.

В отличие от жилых кают и кубриков, которые находились на втором уровне станции, буфет и зал управления размещались на первом уровне, в непосредственной близости от основных коммуникаций – доков для приема пассажирских батискафов и грузовых подводных лодок снабжения, складов, гаражей для исследовательских аппаратов и охранных систем. Поэтому путь наверх, через переплетение коридоров и лифтовых подъемников, занял у Кэтрин целых семь минут, несмотря на то, что она шла быстрым шагом, нигде не задерживалась и отлично ориентировалась в этом урбанизированном лабиринте.

Без пятнадцати восемь в буфете «У Молли» уже успела собраться как минимум четверть состава вновь заступающей смены основного оперативного персонала. Несмотря на тот факт, что обеспечение комфортных условий жизни будущим жильцам и работникам было одним из основных требований при строительстве станции «Наутилус», в случае с буфетом-рестораном проектировщики по каким-то неведомым причинам нарушили это правило и произвели планировку исходя из рационального использования свободного пространства.

Поэтому все помещения хозяйства толстушки Молли имели крайне асимметричный вид. В том числе и основной зал, где, собственно, и столовались посетители. Он представлял собой неравномерный многоугольник. Искривленные поверхности стен и перегородок стыковались с полом и потолком не совсем под прямыми углами, а с некоторым уклоном. Сам потолок имел весьма сложное геометрическое строение с чередованием небольших выступов и впадин.