Читаем Записки жены программиста полностью

– По-моему, я это название где-то слышала, – морщу лоб я. – В американских мульфильмах. Там так называли собачку. А в другом мультфильме – динозавра. Это же, если я не ошибаюсь, нарицательное имя дворовой собачки, типа Шарика или Бобика.

– Ну да, – несколько сконфуженно отвечает он. – Именно так и есть. Том Дженнинг – создатель Фидо – назвал сеть в честь своей собачки. Фидо вообще была изначально создана для общения "голубых", потому что Дженнингс был геем.

– Боже! Куда я попала! – ужаснулась я.

– Да ты не волнуйся, – успокоил меня он. – Сейчас в сети нет голубой направленности. Наоборот, в ней состоит целая группа людей, которая активно борется с голубыми.

– А чего борются-то? – поинтересовалась я.

– Да черт их знает, – махнул рукой он. – Наверное, их голубые к себе не берут, вот им и обидно. Да ты эту группу сама сегодня увидишь. Там много всяких разных людей будет. Фидо сейчас сильно разрослось, так что кого только там не встретишь. От прыщавых юнцов до управляющих банков.

– Ну, насчет юнцов я верю сразу, – призналась я. – А вот управляющего банком в этой тусовке я себе как-то слабо представляю.

– Сейчас представишь, – довольно сказал Сергей и вдруг заорал на всю улицу: – Юр! Ком цу мир, плиз!

К нам подошел мужик лет сорока, довольно вальяжного вида. Сергей меня ему представил, мужик протянул руку и тоже называл какие-то циферки.

– Ну чего, – спросил его Сергей, – мы на Комтек тронемся когда-нибудь или нет?

– Все в наших руках, – сказал мужик и подмигнул мне. – Сядем и поедем. Пошли, подброшу вас на своей колымаге…

Колымага у мужика оказалась солидная – "Land Cruiser". Даже у моего папульки машина попроще. Мы стали пробираться по направлению к выставке, а я спросила у мужика:

– Юра, а вы, простите, кем работаете?

– Управляющим в банке, – спокойно ответил он.

– Да-а-а-а?

– Ну да. Конечно, банк небольшой, это тебе не "Менатеп", но свою денежку зарабатываем.

– А чего, простите, делаете в этой тусовке, раз вы такой солидный человек? – поинтересовалась я.

– Во-первых, – сказал мужик, – мне нравится конференции читать. У нас же в банке работа неравномерная. То на несколько дней запарка жуткая, а то сидишь – делать абсолютно нечего. Вот я и читаю всякие конференции о видео, о машинах. Потом, на этой тусовке тоже отдыхаешь душой. Мне же по работе со всяким народом встречаться приходится. Иногда такие хари попадаются – потом заснуть неделю не можешь. А здесь – люди не испорченные деньгами. Простое человеческое общение. Вот я сегодня подъехал к этому сборищу, подходит парень шестнадцатилетний и говорит: "Ух ты, чувак, какая у тебя тачка крутая! Дашь порулить?".. Ну не прелесть? Где еще встретишь подобную непосредственность?

– В общем, логично, – говорю я. – А что, эти… как их… конференции действительно интересно читать?

– Конечно интересно! – вякнул было Сергей с заднего сидения, но я бровями сделала ему знак помалкивать.

– Как тебе сказать.., – пожал плечами Юра. – Когда очень интересно, а когда кучу всякой дребедени приходится перелопачивать, чтобы найти полезную информацию. Понимаешь, это что-то вроде клуба по интересам, куда может прийти любой желающий. И все это общение регулируется достаточно стихийным образом, что создает довольно своеобразную атмосферу. Но мне нравится. Даже затягивает. Я же в машинах хорошо разбираюсь. И знаешь как приятно, когда в автомобильной конференции начинаешь чего-нибудь объяснять, а тебя, раскрыв рот, слушает несколько тысяч человек.

– Понятно, – говорю я и только открываю рот, чтобы еще кое-что спросить, как Юра тормозит машину и говорит:

– Все, приехали. Вылезаем.

Перед выставкой толпилось совершенно дикое количество народа. Честно говоря, такого ажиотажа я не видела даже на концерте Бориса Гребенщикова.

– Слушай, – толкнула я в бок Сергея, – а чего здесь столько народу столпилось? Прям как на рок-концерте.

– Тоже мне, сравнила, – презрительно бросил Сергей, продираясь сквозь толпу, – какой-то замшелый рок-концерт с выставкой новых технологий. Человечество хочет двигаться дальше, поняла?

– "Двигаться дальше…", – запел Юра из того же Гребенщикова.

– Ну, Гребенщиков не такой уж и замшелый, – обиделась я.

– Конечно замшелый. "Он Бог! От него сияние исходит", – с издевкой процитировал Сергей слова из фильма "Асса". – Между тем, все сияние – от выпитого портвейна.

– Слушай, – разозлилась я, – будешь наезжать на Гребня, пойдешь знакомиться с новыми технологиями в одиночестве. Меня и старые технологии вполне устраивают. По крайней мере, в тех областях, которые меня интересуют, ничего принципиально нового пока не изобрели.

– Да ладно тебе, – сказал Сергей, – разобиделась из-за своего Наполеона из подвала.

Я молча выдрала у него руку и стала продираться в обратную сторону. Сергей меня быстро догнал, схватил за руку и забормотал:

– Был неправ, вспылил, я совершенно не имел права так говорить, признаю свою ошибку, можешь пнуть меня ногой в живот, считай, что я заплакал и извинился.