А потом Ной отзеркалил мою пакостную ухмылочку – первый раз видела это выражение лица у него – и шевельнул рукой.

– Аиии! – взвизгнула я под волной, обрушившейся мне на голову, и замерла.

Ной смеялся. Не так, как он делал это обычно – чуть улыбаясь. А весело и заливисто, закрыв глаза и утирая слезы. Как обычный человек, как мальчишка.

Как же я его люблю! – вдруг кристально ясно мелькнуло в голове.

– Ах так! – воскликнула я азартно. – Ну, держись!

И я подскочила к мужчине, не успевшему еще отойти от смеха, схватила его за руку и утащила в реку. А потом просто прыгнула ему на шею, заваливая нас обоих в воду. Утонуть нам не грозило, а побарахтаться было здорово.

Оказалось, я боюсь щекотки!

***

Я проснулась со слезами на глазах. Слишком ярким был этот сон-воспоминание. Слишком сильно было осознание одиночества. Хотелось устроить истерику. Но я снова сдержалась.

Не сейчас.

Нельзя сдаваться. Рано.

Передо мной появились закуски. Действительно, наблюдают.

Я жевала, практически не чувствуя вкуса и думая лишь о том, как бы мне сбежать. Сразу ясно, что о побеге узнают моментально. Возможно, даже сами прислужники успеют поймать. И тогда весь вопрос в том, как выиграть время. Как оторваться от погони? И куда бежать?

Хотя, я знаю, что мне важнее всего оказаться хотя бы у какого-нибудь источника воды. Я уверена, вот не знаю наверняка, но уверена, что смогу передать весточку! Мне бы только хоть кружку воды! Хоть пресной, хоть соленой, только чтобы вода была!

Снова мелькнула на задворках сознания какая-то мысль. Важная. Очень важная. Но тут же пропала. Да что ж такое!

Подошла к окну. Небо было красным. Закат. Решила полюбоваться им с крыши. Может хоть мысль дельная придет.

Закат в пустыне оказался действительно прекрасен. Но не родной. Ладно, не буду об этом думать. В первую очередь меня волновал вопрос – как сбежать. И будет волновать до тех пор, пока не попробую.

Думать не хотелось. Хотелось исчезнуть. Но вот как раз для этого надо было хорошенько подумать. Арррр! Бесит! Я посмотрела вниз. Может, все-таки прыгнуть со стены? Или нет? Я высоты не боялась, когда рядом был Ной и вода. А тут все-таки страшно. Об песок можно убиться? Думаю, ушиб или оглушение мне точно обеспечены с такой высоты.

Пришлось вздохнуть и отойти от края.

Двери «в наружу» нет. Прислужников просить бесполезно. Единственное, что можно, так это требовать каких-то материалов из города. Только не книги и не воду.

Сидя вот так на крыше, позволяя мыслям течь свободно, я сообразила, почему такая нервная. Если до этого момента мне просто не нравилось то, что я в тюрьме по сути, то сейчас я поняла, что вниз не хочу спускаться. Песчаные стены давили на меня. Вот никогда не замечала за собой приступов клаустрофобии, а сейчас тошно становилось при одной мысли о том, чтобы уйти в комнату. Кажется, ночевать я буду на крыше.

– Прислужник. – Вновь девчонка. – Принеси мне сюда что постелить на пол и покрывало укрыться. Ночевать я буду здесь.

Девочка поклонилась, исчезла, а через полминуты передо мной появились хороший такой, мягкий ковер, несколько подушек и теплое покрывало. Почти плед или одеяло. Сначала я не поняла зачем, а потом вспомнила, что на земле ночью в пустыне было достаточно прохладно, даже холодно. Скорее всего МУХ не особо отличается в этом плане.

Я закуталась в одеяло и уставилась в звездное небо, будто пытаясь найти в нем ответы на свои вопросы. Или же обвиняя в своих неудачах? Сознание уплывало. Стася пока не появлялась. А мне очень захотелось, чтобы приснился Ной. Да, потом будет больно, но сейчас я хочу хотя бы призрачного ощущения его присутствия.

***

– Ася, смотри, – Ной стоял по колено в воде, он учил меня. – Ты – Хозяйка Вод, я тебе об этом уже говорил. Но ты можешь гораздо больше, нежели просто передавать послания, или формировать крылья из воды. Твое тело и частично разум перестраиваются под этот мир, сохраняя свою индивидуальность. А потому лишь от тебя зависит, насколько далеко будут распространяться твои способности. Ты теперь часть этого мира. Смотри.

Ной слегка повел руками. Насколько я поняла, ему не требовались какие-то жесты, они лишь облегчали представление того, что хочешь сделать, но муж показывал это все для меня.

Вода рядом с ним не шелохнулась.

А вот в воздухе точно экран вырос. Прозрачный – я видела Ноя за ним – но весьма четкий. А потом на экране вдруг появилась картинка. Девушка в белом платье, красивая. Она шла по воде, чуть растерянная, милая и в то же время решительная. Моя.

До меня не сразу дошло, что девушка на экране – это я сама. А все эмоции и ощущения принадлежат Ною.

– Это воспоминания? – голос от волнения сел.

– Да. – Экран исчез, а Ной приглашающе раскрыл объятия.

Я влетела в его руки, стискивая мужа изо всех своих сил. Все же, как хорошо он меня уже знает. Эти его воспоминания и эмоции оказались красноречивее любых слов. Хотелось плакать от счастья.

– Научишь меня так же. – Прогундосила я ему в плечо.

– Конечно. – Улыбнулся он.

***

Над головой вновь оказались звезды пустыни.

Мне хотелось выть от тоски…

Глава 14