Лошади также являлись гордостью короля, хотя следует признать, что все знатные сеньоры считали крайне важным иметь хороших жеребцов, на которых было бы не стыдно прогарцевать перед своими подданными.

Великолепное зрелище являл выезд Карла VIII на охоту. Летом он облачался в короткую приталенную роб. К поясу он прикреплял кинжал, а на его перевязи из черного бархата красовался охотничий рог из слоновой кости. Зимой на охоту выезжали в камлотовых плащах с капюшонами и длинных плащах с отложными воротниками, сшитых из каталанской кожи.

В моду в это время вошли прорези на рукавах, из-под которых виднелся дорогой блестящий атлас. Цвета тоже имели большое значение. Например, одеваться в голубую одежду, расшитую золотыми лилиями, мог только король, тогда как придворные носили красные и золотые одежды. Личными цветами короля были фиолетовый и белый. Только в конце жизни он стал носить серый и черный цвета, показывая таким образом, что мимолетные прелести этой жизни перестали его интересовать.

Соколиная охота. Старинная французская миниатюра

В период правления Карла VIII началась мода на обувь с широкими носами, которые назывались «медвежья лапа». Король ввел более строгие правила гигиены, нежели те, что были приняты ранее. Во всяком случае, руки мыли гораздо чаще, а на стол кушанья подавались прикрытыми салфетками. Белье придворных благоухало порошком из красных роз из Прованса или фиалок. Каменные полы Амбуаза слуги ежедневно устилали свежими охапками вереска. Наконец, в это время на окнах появились шторы.

Скончался Карл VIII неожиданно. До последних дней он продолжал следить за работами, ведущимися в Амбуазе. Так, и 7 апреля 1498 года, накануне Вербного воскресенья, король в сопровождении супруги отправился посмотреть на то, как идет стройка, а заодно, быть может, и поиграть в мяч в замковом рву.

В одной из галерей, находящихся в плохом состоянии, Карл VIII ударился головой о косяк, после чего прошел еще несколько метров и даже успел сказать приближенным, что больше никогда не будет совершать никаких прегрешений – ни мелких, ни крупных, и вдруг упал. Приближенные не сочли себя вправе приблизиться к монарху, и он пролежал в таком жалком состоянии, посреди грязи, несколько часов. Здесь же он и умер, видимо, от кровоизлияния в мозг.

Анна Бретонская, ставшая вдовой, отказалась облачаться в белый цвет, традиционно считавшийся вдовьим. Она выбрала черный – символ бесконечной любви. Анна с ужасом думала, что по брачному договору, заключенному с Карлом VIII в Ланже, обязалась вступить в брак с новым королем; правда, Людовик XII был уже женат на поразительно некрасивой женщине, Жанне Французской.

Роскошь королевских резиденций на Луаре

Людовик Орлеанский, ставший после смерти Карла VIII Людовиком XII, немедленно начал бракоразводный процесс с опостылевшей женой. Церковь пошла ему навстречу, и Жанна Французская после унизительного допроса, касавшегося ее интимных отношений с супругом, была признана разведенной женщиной. Теперь Людовик Орлеанский мог жениться на Анне Бретонской и, подобно своему предшественнику, устроить великолепную резиденцию. Но, конечно же, уже не в Амбуазе, где все напоминало о Карле VIII. Выбор Людовика XII пал на Блуа, стоявший в окружении вековых лесов и огромнейших садов.

Жанна Французская

В Блуа прошло детство Людовика XII. Шестнадцатилетний подросток был лучшим игроком в мяч и великолепным наездником, способным преодолевать на коне рвы шириной 5 м. Он отличался силой и доблестью, был прекрасно образованным человеком, знающим музыку, стихи и героический эпос, разбирающимся в тонкостях человеческих характеров, а его основным недостатком являлась страсть к картам, поскольку в ходе игры Людовик XII мог запросто просадить целое состояние.

Когда Людовик XII женился на Анне Бретонской, ему исполнилось тридцать шесть лет; ей же было двадцать пять. Ему, как и всякому человеку, требовался комфорт, а потому, получив согласие Анны, он немедленно занялся обустройством нового крыла замка в Блуа, по подобию строительства в Амбуазе. Король сохранил практически нетронутыми старые феодальные постройки, а нововведения распространил за их пределы. В первую очередь монарх приказал построить жилой корпус на севере таким образом, чтобы он перегораживал передний двор. Здесь же был устроен главный вход в Блуа, портал которого украшала конная статуя самого Людовика XII, выполненная в итальянском духе.