Читаем Закон Линча полностью

Охотники несколько минут стояли молча, вперив взоры в труп врага.

Первым пришел в себя Единорог, который был особенно зол на Натана за ту штуку, которую сыграл с ним сын Красного Кедра, нарядившись медведем. Единорог вынул нож и, ни слова не говоря, молниеносно снял скальп с убитого.

— Теперь его лживый язык никого уже не обманет, — произнес он, деловито прикрепляя кровавый трофей к своему поясу.

Валентин, между тем, был погружен в размышления.

— Что нам теперь делать? — спросил дон Мигель.

— Конечно, немедленно броситься в погоню за Красным Кедром! — воскликнул дон Пабло.

— Что скажет мой брат? — спросил Единорог, почтительно обращаясь к Валентину.

Охотник поднял голову.

— На сегодняшнюю ночь достаточно, — сказал он. — Этому человеку поручено было отвлечь нас, чтобы его друзья могли скрыться. Стараться догнать их теперь было бы безумием: они слишком далеко успели уйти вперед. Кроме того, теперь очень темно. Оставим караульных на их местах, а завтра соберем совет и решим, что нам делать.

Все согласились с этим мнением и отправились в обратный путь к лагерю.

Сойдя на землю, Единорог дотронулся до плеча Валентина.

— Я желаю сказать кое-что моему брату, — произнес он.

— Я слушаю, — отвечал охотник, — голос моего брата для меня — музыка, которая меня всегда радует.

— Мой брат обрадуется еще больше, когда узнает, что я хочу сообщить ему.

— Какие же вести сообщит вождь?

— Солнечный Луч явилась сегодня вечером в лагерь.

Валентин вздрогнул.

— Одна? — спросил он поспешно.

— Одна она не посмела бы явиться, — возразил вождь не без гордости.

— Это верно. Но что же моя мать?..

— Мать охотника здесь. Я уступил ей свой вигвам.

— Благодарю, вождь! — воскликнул охотник с чувством. — Вы мне настоящий брат.

— Великий белый охотник — сын нашего племени и брат нам всем.

— О, моя мать! Моя добрая мать! Как она явилась сюда? Бегу к ней!

— Вот она, — произнес Курумилла.

Индеец при первых словах Единорога отправился за матерью охотника, зная, как это обрадует его друга.

— Сын мой! — воскликнула старушка, сжимая Валентина в объятиях.

Когда первое волнение от неожиданной встречи улеглось, Валентин взял свою мать под руку и бережно отвел ее обратно в вигвам.

— Вы неосторожны, матушка, — сказал он тоном упрека. — Зачем вы покинули селение? Время теперь холодное, вы не знаете здешнего климата. Ваше здоровье и так слабо, и вы должны беречь его, хотя бы ради меня. Что будет со мной, если с вами что-нибудь случится?

— Как я счастлива, дорогое дитя мое, что ты меня так любишь! То, что я чувствую теперь, вполне вознаграждает меня за страдания, перенесенные в твое отсутствие. Но предоставь мне делать так, как я хочу. В мои годы нельзя быть уверенной в завтрашнем дне, и теперь я не оставлю тебя, чтобы хоть умереть на твоих руках.

Валентин внимательно посмотрел на свою мать. Ее последние слова поразили его в самое сердце. Он был, кроме того, встревожен выражением ее лица, которое осунулось до неузнаваемости.

Мать охотника заметила впечатление, произведенное ею на сына, и грустно улыбнулась.

— Ты видишь сам, — произнесла она, — что я не долго буду тебе в тягость. Скоро Господь призовет меня к себе.

— О, не говорите этого, матушка! Отгоните эти мысли. Я надеюсь, что мы с вами проведем вместе еще много дней.

Старушка покачала головой.

— Не обманывай себя, сын мой, — сказала она. — Будь мужчиной и приготовься к близкой и неизбежной разлуке, но только обещай мне одно.

— Говорите, матушка.

— Что бы ни случилось, поклянись не оставлять меня.

— Матушка, — произнес он, колеблясь.

— Что, ты отказываешь мне? — воскликнула она с горестью.

Валентин почувствовал, как его сердце сжалось. Он не в силах был противиться.

— Хорошо, — прошептал он со слезами в голосе, — раз вы этого требуете, то будьте спокойны. Клянусь вам, что мы не будем больше разлучаться.

Луч радости осветил бледное лицо старушки.

— Будь благословен, сын мой, — сказал она. — Ты делаешь меня счастливой, согласившись на мою просьбу.

— Да, если вы этого хотите, то я исполню вашу волю, и пусть Бог не накажет меня за то, что я повинуюсь вам. А теперь позвольте и мне, в свою очередь, попросить вас.

— Что ты хочешь?

— Я хочу, чтобы вы немедленно пошли отдохнуть от усталости и всех тревог этого дня.

— А ты, дитя мое?

— Я тоже пойду спать, матушка. Завтра опять предстоит тяжелый день.

Старушка нежно обняла своего сына и улеглась на постель, которую позаботилась приготовить для нее Солнечный Луч.

Валентин вышел из вигвама и направился к своим друзьям, которые отдыхали вокруг костра.

Но вместо того, чтобы лечь, охотник подбросил в огонь еще хворосту, опустился на землю и, прислонившись спиной к дереву, погрузился в глубокие размышления.

Так провел он почти всю ночь. Костер начал уже снова гаснуть, когда охотник очнулся.

— Надо все-таки поспать, — сказал он.

С этими словами он завернулся в бизонью шкуру, лег и закрыл глаза.

Но только он начал засыпать, как чья-то рука опустилась на его плечо и кто-то тихо окликнул его по имени.

— Кто здесь? — спросил он.

— Это я, Белая Газель.

Действительно, около охотника стояла молодая девушка.