Автоматически этого не произошло, так что выжившие после потери кормы разумные могли в один прекрасный момент взорваться или спечься заживо, ведь пассивной системе охлаждения реактора было никак не совладать с ним, но работающим на полную мощность. Ну а об активной и говорить нечего — та перестала функционировать вместе с остальными системами брига.

Обратно Кейк вылетел вдвое быстрее, пользуясь тем, что дым пополам с паром отчасти развеялся, и теперь он мог хотя бы видеть, куда он летит и за что хватается.

Вот только вместе одного силуэта встречающего его корродианца он увидел аж три, и один прямо сейчас паковал Арги, сомкнув тому руки за спиной и уже защёлкнув не слишком массивные наручники. Второй же, удерживая в руках укороченную штурмовую винтовку, всем десятком визоров наблюдал за приближающимся техником, держа его на мушке. А так как Кейк знал, что дроиды такого уровня не мажут и не тупят, поражая цель в ста процентах случаев, то и дёргаться он не стал, медленно задрав руки к потолку.

— Сигурда, подними ручки кверху и иди сдаваться. За нами пришли, и у ребят большие пушки. — Тихо пробормотал техник за секунду до того, как его парящее в невесомости тело перехватили мощные манипуляторы, сопротивляться которым не было вообще никакой возможности. Кейк знал, что это за дроиды, как знал и то, что Пространство Федерации стареньких космодесантников Империи не использует. А это значит, что надравший пиратам зад флот Федерации, скорее всего, не принадлежит.

— Ты серьёзно? — Бородач не удержался и выглянул в коридор. Весьма глупо, учитывая тот факт, что по такой мишени дроиды могли и выстрелить просто во избежание. — М-мать…

Кейк самостоятельно завёл руки за спину, и на его запястьях защёлкнулись наручники. Лёгким движением техник начал разворачиваться, поймав взглядом Арги. Тот, к счастью, не стал творить глупостей, покорно сдавшись дроидам. Или те его просто очень быстро скрутили, не нанеся при этом критичных травм. Оба варианта были по-своему удивительны, так как корродианцы во все времена с готовностью бросались в безнадёжные схватки, а все остальные, зная об этой их черте, просто-напросто убивали гуманоидных ящеров, не желая рисковать.

Со стороны кормы тем временем появилась ещё пара дроидов, каждый из которых подхватил по одному “грузу” в лице Арги и Кейка. В гарнитуре скафа грохнула канонада сдавленных ругательств — Сигурде попытались завести руки за спину, да только его скаф таких манёвров не подразумевал, а упитанность самого бородача делала задачу вообще невыполнимой. И, судя по раздавшимся возмущениям, последнего пленника дроиды подхватили под руки, уткнув стволы винтовок ему подмышки, где защита в простых скафах отсутствовала как класс.

Вполне доходчивый способ донести до пленного необходимость вести себя смирно.

А после Кейк, которого вытащили в открытый космос, узрел распахнутый трюм вытянутого брига, по корпусу которого то и дело пробегали энергетические всполохи активного маскировочного поля. Прямо сейчас оно едва ли обеспечивало полную невидимость, но вот ранее сканеры “Семёрки” этот корабль обнаружить просто не смогли, и в итоге вышло то, что вышло.

Тяжело вздохнув, техник начал чуть активнее вращать головой, стремясь высмотреть хоть что-то, могущее указать на принадлежность проклятого брига-невидимки. И он нашёл.

Белоснежный щит с перевёрнутым Y-символом тёмных оттенков, и расположенными в ряд белыми квадратами с чёрной окантовкой по периметру…

Глава 20

— Корвет-2 в критическом состоянии, Корвет-3 и Корвет-4 выдвигаются вперёд. Фиксируем пуск спасательных капсул! — Помощник качественно выполнял свою работу, дублируя всю ту информацию, которую коммодор получал от систем флагмана. Полезно было это тем, что Хирако нет-нет, да пропускал что-то визуально, а “голосовое сопровождение” закрывало образовывающиеся дыры. Ведь нет ситуации хуже, чем та, в которой лидер флота лишён части вроде как доступной ему информации. — Они принимают формацию — треугольник…

Корветы начали разворачиваться таким образом, чтобы “сцепиться”, — лишь формально, — и образовать единую боевую машину, способную одинаково эффективно огрызаться зенитным огнём во всех плоскостях. В каком-то смысле это был жест отчаяния, так как в данном конкретном случае противоракетное построение лишит корветы по меньшей мере сорока процентов залпа. Орудия банально не смогут стрелять сквозь союзников, и будут вынуждены молчать.

Впрочем, эти звездолёты и так огрызались не в полную силу, так что, вероятно, их капитаны решили просто перераспределить освободившихся канониров на другие позиции.