— Не знаю. — ответила девочка, не отрывая глаз от чудных существ. — Я проснулась, а её нет. Только Даша рядом.

— Зачем ты ушла из дома?

— Маму искать. С Дашей страшно. Она не моя сестра.

— Что говорили куклы?

Помолчав, Таша прошелестела изменившимся голосом:

— Помогите… помогите… Тошшшнооо…

— Я приведу твою маму. — пообещала Натэла. — Феечки тебя не обидят, поиграй пока что с ними.

— Есть ещё юла, Нати, — шепнула подруге Люська.

— Юла?

— Да, в запечье нашлась.

— Не устану тобой восхищаться, Люсёк! Зачем ты полезла в запечье?

— Сама не знаю. Просто потянуло.

— Как вы это сделали? — Наташа с восторгом наблюдала за танцем фей.

— Да так, пустяки, — Натэла обхватила юлу и застыла. Она словно прислушивалась к ней, считывая ценную информацию.

— Как думаете, что с её мамой? Может мытари увели? — едва слышно проговорила Наташа.

— Чш-ш-ш! — Люська прижала палец к губам, но девочка совсем не слушала их разговор. Усевшись в уголке, среди золотистого сияния, она что-то напевала прелестным фантомам, а те парили вокруг.

— А эти захряпы… Разве они могут разговаривать? — спросила Наташа снова.

— Фиг знает, — пожала плечами Люська. — Нати, почему ты молчишь?

— Я знаю, где сейчас Николай. И Раиса тоже. — Натэла уронила юлу и поднялась. — Заприте за мной. Дождитесь утра.

— В смысле заприте? — вытаращилась Люська. — Одну тебя не пущу, вместе пойдём.

— Вам нельзя!

— А тебе будто можно! Забыла, что беспомощна как воробей?

— Мне нужно. Я справлюсь, Люсёк. Есть у меня одна задумка.

— Не пущу! — раскинув руки, Люська приникла спиной к двери. — Утром вместе пойдём разбираться! Ты же сама так хотела.

— Не успеем Люсёчек. Нужно идти сейчас.

— Да с чего ты взяла? — начала было Люська и покосилась на юлу. — Она тебе всё открыла? Эта игрушка?

— Кое-что показала, — не стала отрицать Натэла. Легонечко коснувшись волос подруги, она зачем-то подула на них.

— Будь осторожна. — попросила Люська, покорно освобождая проход.

— Постараюсь, — улыбнулась Натэла. — Запритесь, девочки. Никого не впускайте.

Наташа хотела возразить, но вместо этого послушно кивнула. Как и Люська, она была против одиночной вылазки Натэлы, но сделать ничего не могла.

Деревянной походкой Люська прошествовала к окну. Приникла к стеклу, пытаясь следить за подругой.

— Хоть что-нибудь видно? — поинтересовалась Наташа. — Куда она пошла?

— Не знаю. Почти ничего. — чуть невпопад ответила Люська. — Она нас сделала, Нат. Обвела как девчонок.

— Ты тоже чувствуешь?

— А то! Хочу одного, а делаю противоположное! Нати постаралась, не всё ей отрезало.

— Ты про что?

— Про умения. Не на равных мы здесь. Нати кое-что всё-таки может!

— Она к бабкам пошла. К этой Фине. — мрачно сообщила Наташа.

— Уверена, что ты права. Полезла головой в осиное гнездо!

— Мертвячиное, — содрогнулась Наташа. — Не обижай ос.

— Похоже, что они все здесь… мёртвенькие, — на последнем слове за печью громыхнуло. Будто Тихон выразил недовольство подобным предположением. А может просто подтвердил Люськину догадку.

— Как все? И бабки тоже?? Жуть. Разве такое возможно, Люсь?

— Всё возможно, Нат. Не заставляй меня цитировать Гамлета. — Люська нарочно переврала ударение, чтобы хоть как-то разрядить напряжение.

— Голова пухнет! — пожаловалась Наташа. — Мертвяки — мытари. Они ведь совсем другие.

— Мытари с погоста, ночью пошастают, а под утро — обратно. Эти же людьми притворяются. Среди людей живут. Поднятые. Заклятьем или чьей-то силой. Натэла лучше объяснит. Я в этом не сильна.

Воздействие Натэлы всё ещё сказывалось на женщин, и они постепенно примолкли, каждая думая о своём. В уголке чему-то смеялась Таша. И Тихон всё сердился за печкой, швырял из щелей сажу да кусочки золы.

Утро все проспали. Люська очнулась первой. Голова гудела. От скрюченной позы всё тело затекло. Времени на любимую йогу не было, и она сделала несколько махов руками, тщательно следя за дыханием.

Наташа и девочка лежали рядом. Кто-то, наверное, Тихон, укрыл их старым одеялом, заботливо подоткнув все углы.

Не стану будить, — решила Люська и поспешила на улицу, собираясь поискать подругу.

Натэла обнаружилась возле самого входа. Она стояла перед крыльцом — прямая, неподвижная, замотанная в любимую накидушку. Лицо ей сделали из белого платка, а поверху криво напялили очки, словно проявляя заботу об этой новой захряпе.

Люська хотела крикнуть, да в горло словно набился песок. Она сглотнула, обвела диким взглядом деревню. Захряпы мрачно таращились отовсюду, без слов осуждая её за то, что отпустила подругу одну.

Глава 14

Раиса наблюдала за метаниями блондинки со стороны леса. Мощный древесный ствол оказался надёжным убежищем, хорошо скрывал от посторонних глаз. Пытаясь восстановиться от пережитого шока, Раиса отрешённо смотрела теперь на даму, что бестолково кружится вокруг появившейся за ночь захряпы. Совсем скоро из чащи явится замена — жалкое подобие настоящего человека. На что рассчитывают эти, посылая такие подделки? Неужели и вправду надеются провести? А може, им безразлична реакция людей? Ведь что говорил тот жуткий старик… "Из Глуши дорога не выведет!"