Читаем Заговор в Империи полностью

— На чем я остановилась? — вопросила я у пустоты. — Ах, да, лес. Нам также стало известно о том, что у вас завелось некое существо, описанное свидетелями, как первозданная тьма. Покопавшись в возможных вариантах, мы с Игнатом склоняемся ко мнению, что это может быть демон. Они высасывают энергию, способны свести ведьм с ума, а также олицетворяют собой первозданное зло, истинную тьму. Но можете не волноваться, у вас едва ли завел демон высшего порядка, скорее что-то относительно безобидное, вроде демонов первого круга, наиболее отдаленных от дьявола. В ином случае, уверяю вас, он бы дал ведьмам знать о том, что направил покарать этот мир своего подчиненного.

— Какого демона вы предполагаете? — поинтересовался озадаченный Грейсток, вынудив своим вопросом обернуться даже императора.

— Информации мало, — произнесла я, пожав плечами. — но судя по заявлениям, мы имеем дело со сущностью, которая не выходит на свет, питается энергией и существует, как часть тьмы. Добавьте сюда задыхающуюся Мирославу, которая потеряла рассудок после контакта с ним.

— Почему вы тянете с ответом? — склонив голову к левому плечу, внимательно глядя на меня, вопросил Ланфорд, в чьем взгляде, в противовес вопросу, читалось четкое понимание, почему я так тяну. — Подозреваете тех, кто не должен покидать пределов подземного царства?

— Это вопросы философии и взглядов, — не смутилась я. — по закону, никто из них не должен покидать подземного царства. Тем не менее, даже среди них есть, кто должен оставаться под землей вечность.

— Светоненавистники, — ничуть не убоялся произнести вслух маг, усмехнувшись моей заминки.

— Кто это? — недоуменно вопросил Грейсток.

— Люцифуги, они же гелиофобы. — произнесла я. — Единственные представители подземного царства, которые никогда не покидают его пределов. По легендам, они невидимы, если так угоднее, недостижимы смертному взору. Говорят, если существо встретит на своем пути светоненавистника, его ожидает мучительная смерть от дыхания демона или, по другим источникам, от удушья.

— И как… убить этих светоненавистников? — вопросил наследный принц.

Я замолчала, не торопясь с ответом. Взгляды окружающих пытливо замерли на мне, словно кому-то из них и правда требовалось это срочно узнать. Со слов Ланфорда и молчаливого согласия императора, я сделала выводу, что им известно не меньше моего.

Тем не менее, они явно ждали моего ответа.

— Единственное слабое место гелиофобов — это любые световые источники. — произнесла я. — По крайней мере, так говорят. От светоненавистников не смогут защитить никакие магические приемы и колдовская сила, их нельзя задержать, изгнать или вызвать. Они избегает других существ, и ни при каких обстоятельствах не реагируют на их вызовы.

— Тогда как он оказался здесь? — с праведной злостью вопросил император.

— Потому я и спросила про ведьму. — подняв задумчивый взгляд с пола до глаз Ланфорда, произнесла я. — Возможно, он — явление сопутствующее, землю прокляли, а он появилось здесь, потому что его имя было созвучно тьме, сорвавшейся с чьего-то языка в ту минуту. Вы удивитесь, но имена демонов созвучны гнусным словам.

— И что нам делать? — вопросил Грейсток. — Как избавиться от этой твари?

— В прошлый раз, как мне сообщил Игнат, вам, лорд Эверент, удалось избавить Мирославу от его влияния. — произнесла я, обратившись к Ланфорду. — Как?

— Квинтесенция нескольких заклинаний, — произнес он безразлично, словно не говорил о магии высшего порядка. — изгнание, защита, удар, по силе подобный электрическому разряду молнии. Я совместил то, что всегда работало.

Я задумчиво кивнула.

— Вероятно, придется обратиться к нашим ученым в лабораторию. — отозвалась я. — Они разработают нечто, что поможет. По крайней мере, сделают все, что в их силах, а до тех пор я предлагаю…

Закончить я не успела, потому как над головой отчетливо раздался звук разрезаемого, словно ткань ножом, пространства. Я только и успела резко вскинуть голову, убеждаясь в том, что на меня летит горящий пламенем кусок бумаги и, отскочив в сторону, быстро нашептала локальный ливень, заливший конверт с печатью, хорошо известной мне. Точно такой же закрепляю письма я. Один род, одна печать.

Широко улыбнувшись, я наклонилась под потрясенными взглядами трех магов и подхватила в руки письмо от своей тетушки, еще горячее и свеженькое.

— А вот и ответ моего специалиста, — прокомментировала я ситуацию. — значит, дело пойдет быстрее.

— Правильно ли я понимаю, что это была ведьмовская почта во всей ее красе? — вопросил император, хищно взглянув на конверт в моих руках, который я поспешила развеять, телепортировав к себе в апартаменты.

Знаю я их любовь к ведьмовской собственности.