Читаем Заговор самоубийц полностью

Потом были у нас еще встречи. Пожалуй, более всего мне запомнилось общение с княгиней Ириной Строцци и ее братом Владимиром Рэном осенью 2005 года в Париже. Тогда мы вместе участвовали в церемонии перезахоронения Антона Ивановича Деникина и Ивана Александровича Ильина. Панихида проходила в храме Александра Невского в Париже на улице Дарю. Вместе с Никитой Михалковым, Александром Трубецким, Зурабом Чавчавадзе и бывшим министром культуры России Александром Соколовым мы выносили из храма гроб с останками Деникина. Улетали в Москву вместе с княгиней Ириной Строцци и Владимиром Рэном спецрейсом. В Москве в тот памятный октябрьский день 2005 года стояла ясная солнечная погода. Это был один из тех дней, что так гениально воспел Пушкин. В присутствии патриарха Московского и всея Руси Алексия II, под шелест неторопливо падающих на землю листьев прах Ильина и Деникина был погребен в некрополе Донского монастыря со всеми, как подобает в таких случаях, почестями.

В Москве мы с княгиней Ириной Строцци и Владимиром Рэном вместе обедали, ужинали, говорили о судьбах наших соотечественников. Я подарил княгине свой роман, а она мне — книгу мемуаров своей дочери Наталии. С Владимиром Рэном я поддерживал отношения до самой его смерти — июль 2012 года. Семья Строцци несколько раз приглашала меня в гости в их загородное поместье «Кузона», расположенное между Флоренцией и Сиеной. Но все как-то не получалось.

И вот я наконец на итальянской земле, в том самом имении «Кузона», о котором так много слышал и читал.

Само имение весьма обширное — более 500 гектаров, это одно из самых больших поместий в Италии. А находящийся прямо напротив живописнейший очень древний городок Сан-Джиминьяно входит в число объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО и знаменит своими тринадцатью 50-метровыми каменными башнями — так называемыми небоскребами Средневековья. Это единственное место в Италии, где сохранились подобные памятники тщеславию местных знатных семейств, желавших постройкой башен подчеркнуть свое общественное положение. Говорят, что в этом крошечном городке в свое время было построено 72 «небоскреба», но не все устояли до наших дней. Гениальный скульптор Микеланджело Буонарроти воспел эти благословенные места в своем стихотворении «Л’Айоне» (1643):

В том благородном холмистом краю, Украшенном башнями, Мы обошли прекрасный Сан-Джиминьяно. Немало в нем башен, тянущихся ввысь от земли, И колокольня, верно, в сто локтей. Но горожане издавна воюют с чужакамиПри помощи предательницы Верначчи. Ею угощают всякого гостя, Она же целует, лижет, кусает, колет и жалит.

Встретить меня вышла княжна Наталия Строцци. А чуть позже в имение подъехало и все семейство Строцци — князь Джироламо, его супруга княгиня Ирина Владимировна и их младшая дочь, княжна Ирина.

Глава семейства — успешный адвокат, профессор университета, консультант по международному праву, бизнесмен-винодел и, наконец, почетный консул России.

Ирина Владимировна, урожденная Рэн, чемпионка Франции по конному спорту, из семьи белоэмигрантов. Княгиня Ирина Владимировна без всякого преувеличения славится на всю Италию своим чисто русским гостеприимством. Побывать у нее в гостях считали и считают за честь многие мировые знаменитости. Здесь бывали Галина Уланова, Майя Плисецкая и Мстислав Ростропович, Рудольф Нуриев и Владимир Васильев, Николя Саркози, Грегори Пэк и нынешний премьер-министр Италии Маттео Ренци, являющийся учеником князя Джироламо Строцци. Заглядывает сюда и Сильвио Берлускони…

Старшая дочь Наталия — ученица великого танцовщика Рудольфа Нуриева, бывшая солистка балета Мариинского театра в Санкт-Петербурге, хореограф, композитор, пианистка, актриса театра и кино, телеведущая, свободно говорит на пяти языках.

Младшая, Ирина — балерина и пианистка, экономист и финансист, тоже полиглот — говорит на семи языках.

Вот и на этот раз хлебосольная Ирина Владимировна накрыла шикарный стол, предложив мне отведать ее фирменных блюд, которые она приготовила собственноручно. Естественно, что стол украсила и бутылочка той самой предательницы Верначчи (восхитительное белое вино), о которой писали великие Микеланджело и Данте в «Божественной комедии». Перед обедом разговор зашел о Тоскане, флорентийцах и знаменитых предках семьи Гвиччардини-Строцци.

— Синьор Джироламо, у вас множество титулов. Как к вам обращаться — граф Гвиччардини, князь Форанский или герцог Баньольский?

— Вы можете обращаться ко мне по имени. Согласно геральдическим документам, меня правильно называть князем Строцци. Вот наш герб. Он состоит из гербов Строцци и Гвиччардини, это слияние двух древних родов путем бракосочетания. Вот генеалогическое древо. Здесь уместилась вся семья Строцци с XIII до XVIII века, здесь почти каждый персонаж был личностью. Вот, например, портрет Франческо Гвиччардини[1], который первым написал «Историю Италии».