В СССР действительно еще надеялись на сохранение мирных отношений с Германией, на активизацию участия Франции и Англии в политике коллективной безопасности и тем самым предотвращение развязывания мировой войны. Об этом свидетельствует слова Сурица, сказанные американскому послу Додду: «Ряд совершившихся фактов в первую очередь задевает не нас, а западные страны: ремилитаризация Рейнской зоны, двухлетняя военная служба, вмешательство в испанские дела. Было бы поэтому неправильно полагать, что Гитлер избрал лишь одно направление для своей агрессивности. В ненависти к нам коммунизм служит больше предлогом, главным же образом Гитлера раздражает наша роль и работа по укреплению коллективной безопасности …».[196] Подтверждением этих слов могла служить встреча в начале 1936 г. советского торгпреда в Германии Канделаки с Герингом, который живо интересовался перспективами развития отношений с СССР и обещал прояснить ситуацию с Гитлером.[197] После подписания советско-германского экономического соглашения Сталин был убежден, что переговоры с Германией идут к благополучному завершению: «Очень скоро мы достигнем соглашения с Германией».[198] Не случайно на очередной встрече с Шахтом, в конце года, Канделаки заявил, что готов вступить в переговоры относительно улучшения взаимных отношений.[199]

Однако в начале 1937 г. Нейрат сообщал Шахту, что предложения СССР Гитлером отклонены. Причинами являются советско-французский договор о взаимной помощи и деятельность Коминтерна.[200] Месяц спустя Суриц сообщал, что Шахт предвидит, «что очень скоро Германия лишится советской нефти и марганца, заменить которые будет «чертовски трудно»».[201] Отказ в поставках Советскому Союзу приборов фирмы «Цейс» вызвал неодобрение Шахта.[202] Тем не менее советский полпред в Берлине в очередной беседе с главой политического департамента германского МИДа Вайцзеккером снова подчеркивал, что СССР является сторонником «создания нормальных отношений с Германией и не против хороших. Однако для этого необходимо, чтобы германское правительство прониклось сознанием необходимости конкретного пересмотра своей нынешней политики в отношении нас».[203]

Слухи о переговорах между СССР и Германией, отмечает А. Некрич, широко дискутировались в европейских политических кругах и прессе.[204] Литвинов даже был вынужден предложить советским представителям в Праге и Париже опровергнуть подобные сообщения. Предлагалось использовать в качестве доказательства факт отзыва полпреда Сурица и торгпреда Канделаки из Берлина.[205] Слухи были выгодны прежде всего Германии. Поскольку, указывает А. Некрич, перспективы советско-германского сближения Гитлер использовал для запугивания Англии.[206] Фюрер в своих интересах развивал мысль германского посла в Советском Союзе Г. Дирксена, писавшего в начале 1933 г. Гитлеру: «Мы должны бороться против своей политической изоляции, и в этой борьбе наши договоры и соглашения с Россией должны быть и дальше тем трамплином, который принес нам столько политических выгод».[207] В 1937 г. Гитлер откровенно шантажировал Англию угрозой дружбы с Советской Россией.

Так, германский военный атташе в Лондоне Гейер говорил начальнику имперского генерального штаба Диллу о довольно сильных прорусских тенденциях в германской армии и о том, что германо-советское соглашение может стать свершившимся фактом, если оно не будет предотвращено взаимным пониманием между Англией и Германией. В Лондоне, по данным А. Некрича, действительно полагали, что курс на сближение с СССР пользуется поддержкой рейхсвера, Шахта и группы промышленников, заинтересованных в развитии германо-советских экономических отношений, и даже части нацистской партии, но сам Гитлер решительно выступает против всяких отношений с СССР, за исключением коммерческих.[208]

Великобритания отвечала тем, что демонстративно придерживалась политики коллективной безопасности. По данным, приводимым А. Некричем, в Форин Оффисе опасались, что если система коллективной безопасности рухнет, следует ожидать полного изменения советско-германских отношений в сторону сближения. Предотвратить советско-германское сближение может только политика коллективной безопасности.[209]

Очередной проверкой, отражающей подлинные интересы сторон, стоящие за фасадом их внешнеполитического политеса, стала Испания.

NO PASARAN!