Читаем Заговор полностью

— Слабость… — повторил он — Какая печальная ошибка. Какая трусость! Братья, Иисус умер на кресте не потому, что был слаб, совсем наоборот — потому, что он был силен и смел! Потому, что он умел перебарывать страх, пересиливать себя, потому, что слушался своего желания величия! Вот в чем учение Иисуса. Он принес себя в жертву, чтобы показать нам величайшее мужество! И что мы делаем вместо того, чтобы славить его героизм? Молимся при свечах и совершаем духовное отступление? Позор нам! Церковь предала Иисуса. Церковь избрала легкий путь, став материнской и сделав из Марии фигуру даже более значимую, чем ее сын! Настала пора церкви вернуть мужественность! Она должна стать носительницей силы и смелости, показанных нам Иисусом. Вот его истинное учение, здесь подлинный источник жизни, который заставит биться сердца мужчин!

Вена на правом виске Стига Анкера набухла, и теперь было видно, как она пульсирует. Мужчина успокоился и вновь обратился к взволнованной, но сосредоточенной аудитории:

— Настало время сказать ясно и резко: женщина не создана для великих свершений цивилизаций. Она не создана для того, чтобы обеспечить выживание народа и нации. Это дело мужчин. В моих словах нет ничего презрительного или женоненавистнического, как слишком часто считают. Просто у меня хватает смелости сказать правду, чтобы прекратить, наконец, саморазрушение нашей цивилизации!

Стиг Анкер замолчал, всматриваясь в лица участников семинара.

— Я знаю, что в глубине души вы не сомневаетесь в превосходстве мужчин в управлении государственными делами и политикой. Но века феминизма мешают вам верить в это, не испытывая чувства вины. Так вот, позвольте мне процитировать мудрые слова одного из величайших ученых нашей истории. В самом знаменитом своем труде Дарвин недвусмысленно излагает, что женщины, вынужденные постоянно находиться возле детей, чтобы кормить их, были менее мужчин подвержены состязательности. Вследствие этого им менее, чем мужчинам, требовалось развивать свои интеллектуальные и физические возможности для выживания. Неоспоримый факт: на протяжении многих тысячелетий женщина была поглощена ролью, отведенной ее полу. Функция продолжения человеческого рода мешала ей развивать свое «я» и свой мозг. Это не ее вина и тем более не вина мужчины, так устроила природа и так пожелал Всевышний. Возлагать на нее обязанности, которые не заложены в ее генах, возможно, великодушно, любезно, да как угодно, но это ложь, которой мы обманываем сами себя, и путь к самоуничтожению, который мы сами же выбрали! Не думаете же вы, что женщины поведут армию, чтобы защитить нас? Нет, они попытаются договориться, стремясь избежать насилия… а наши враги воспользуются этим, чтобы уничтожить нас!

Горстка мужчин в зале, похоже, была смущена. Двое из них встали и пошли к выходу.

Стиг Анкер бросил на них с экрана презрительный взгляд.

— Ты свободен, брат, и можешь уйти, но не плачь, когда твоя вера исчезнет, твоя цивилизация будет уничтожена, а тебе придется объяснять твоим детям: «Да, я мог избежать вашей гибели, взяв на себя ответственность, но вместо этого предпочитал передать больше власти вашей матери, потому что боялся ее рассердить…»

Остальные участники семинара смотрели вслед уходящим. Некоторые как будто сомневались, не последовать ли им за ними.

— А если женщины не захотят отказаться от власти, что тогда делать? — громко спросил рыжий мужчина с двойным подбородком. — Не убивать же их, в конце концов?

Стиг Анкер медленно повернул голову в сторону задавшего вопрос и погладил парализованную половину своего лица.

— Были времена, когда подобная процедура не отягощала совесть мужчины, сознающего свой долг. Но времена переменились, и настоящий мужчина научился доказывать свое превосходство иначе. Если женщина заняла ваше место, докажите остальным, что вы — тот, кто нужен на этом месте, что справитесь лучше ее, и место освободится само собой.

Рыжий, похоже, остался доволен ответом, как и его товарищи. Стиг Анкер по-дружески улыбнулся собравшимся, чтобы успокоить встревоженные умы. Еще слишком рано говорить им правду.

— Ваши вопросы достойны похвал и делают вам честь, братья. К сожалению, именно подобные сомнения являются причиной нашего поражения. Хуже всего то, что наши конкуренты предупреждают нас об опасности! Даже ислам спрашивает: почему вы стали слабыми и неуверенными в себе, христиане? Почему ваши верующие один за другим принимают нашу религию? Почему вы не способны сражаться за свою веру?

Голос Стига несколько секунд звучал, словно под сводами церкви.

— Если мы, мужчины, в чем и виноваты, то лишь в том, что отдали общество и церковь в руки женщин! Да, высшими руководителями пока еще являются мужчины, но на среднем уровне, с которым мы сталкиваемся ежедневно, одни женщины! Они учат дебильному катехизису, они размягчают скаутизм, превращают мессы в концерты хорового пения, а крещения в парады мод! Мы могли бы посмеяться над всем этим, если бы предательство не было столь гнусным, а момент столь серьезным.

Анкер опустил глаза и глубоко вдохнул. Его голос стал мощнее.