Читаем Забытый Сперджен полностью

Описывая в биографии Томаса Сперджена «Табернакл» в начале двадцатого века, Фуллертон рассказывает только о различных евангелизационных кампаниях, которые в то время играли важную роль в жизни церкви. В 1905 году была проведена целая серия специальных собраний, которые в «Суорд энд трауэл» были названы «пробуждением», и семьсот человек попали в список тех, кто «принял Христа». За 14 лет служения Томаса Сперджена в церковь было принято 2200 человек. Несмотря на эти цифры, Фуллертон говорит об «уменьшении количества членов церкви» 289. В личном письме другу, написанном в 1902 году, сын Сперджена говорит: «На мою долю выпало много тяжелых испытаний, и последнее время я был сильно подавлен. Если честно, то сейчас я очень далек от праздничного настроения. Сталкиваюсь с огромными трудностями, и, кажется, их становится все больше… Я обеспокоен лишь тем, чтобы не занимать место, которого я был удостоен, дольше, чем имею на то право» 290.

После отставки Томаса Сперджена должность пастора занял А. Г. Браун. Он был близким другом Ч. Сперджена и руководил его похоронами, хотя был на 10 лет моложе его. Он, видимо, понимал Сперджена лучше всех тех, кто выходил за кафедру «Табернакла», начиная с 1892 года. Т. Л. Эдвардс, назначенный его помощником в 1908 году, был его единомышленником. Однако их служение продолжалось лишь в течение трех кратких лет. Браун ушел на пенсию в 1910 году, и через год, когда пастором был назначен Амзи Кларенс Диксон, «Табернакл» в полной мере ощутил влияние американского фундаментализма с его особыми евангельскими традициями. Непосредственно до назначения на должность пастора доктор Диксон в течение пяти лет был пастором в церкви имени Муди в Чикаго, в которой, как сообщает нам его биограф, «в списки членов ежегодно вносилось от пятисот до тысячи человек». С его появлением были устранены последние различия между спердженовским подходом к служению и методом Муди. В церкви был установлен рояль, а «евангельское пение», призывы к немедленному принятию «решения» и метод «тихой комнаты» стали частью повседневной жизни церкви. То, что раньше было случайным и необычным, в конечном счете стало нормой.

Диксон прекрасно понимал, какие изменения он производил в церкви. Прежде чем стать пастором в Лондоне, он в начале 1911 года в течение нескольких недель проповедовал в «Табернакле». Вернувшись в Соединенные Штаты, он дал следующее интервью:

— Проводили ли вы встречи после богослужения, как в Чикаго? — спросил репортер газеты «Прогресс».

— Да, — ответил доктор Диксон, — и вот что меня поразило. До меня в «Табернакле» не было подобных встреч, я же проводил их каждое воскресенье, пока был там. Первый раз обратилось пятнадцать человек, второй раз — тридцать, а потом число обращенных достигало тридцати пяти и даже сорока человек.

— Охотно ли был принят ваш метод?

— Не могу сказать, что его приняли сразу же. Мой подход был слишком американским. Однако позже к нему отнеслись с большим пониманием.

— Каким было ваше первое впечатление о лондонских слушателях?

— Поначалу они показались мне довольно флегматичными. Погода была пасмурной, видимо поэтому у аудитории было пасмурное настроение. Но когда лед был сломан, эти люди оказались самыми большими энтузиастами, которых мне когда-либо доводилось встречать 291.

Именно энтузиазм был самой характерной чертой служения Диксона в Лондоне, и его дух быстро передался другим. В одной христианской газете появилась посвященная «Табернаклу» статья под названием «Признаки пробуждения». В ней сообщалось о том, что на вечерних собраниях по четвергам нижняя галерея опять заполнена людьми. В интервью с репортером «Саут лондон пресс» доктор Диксон выразил надежду, что вскоре произойдет пробуждение, которое «потрясет южный Лондон», объясняя свои ожидания количеством посетителей церкви, которые недавно заявили о своем обращении. Летом 1912 года, когда Диксон был одним из главных ораторов в Кесвике, он вызвал большое оживление своими проектами по развитию «Табернакла». В газете «Крисчен эйдж» от 5 июля 1912 года были опубликованы комментарии по поводу невероятного предложения доктора Диксона сделать район Лондона в штаб-квартиру евангельских христиан. В словах автора статьи можно было заметить изрядную долю скептицизма: «Мы относимся с большим уважением к грандиозному проекту доктора Диксона. Однако сто тысяч фунтов, которые ему необходимы, даже не включают в себя затраты на строительство и содержание огромных зданий, в связи с чем возникает вопрос: а действительно ли нужен еще один дорогостоящий миссионерский центр?»