У Джона была любящая дружная семья, и он не раз говорил одной из дочерей, Дорин: «Что бы ни случилось, я всегда о тебе позабочусь». Спустя пять лет после его смерти Дорин родила сына по имени Уильям. Вскоре после рождения у Уильяма начались обмороки. Врачи диагностировали у ребенка атрезию легочной артерии, при которой клапан легочной артерии плохо развит и кровь не поступает через него в легкие. Кроме того, из-за плохо развитого клапана у Уильяма был порок сердца — недоразвитый правый желудочек. Уильям перенес несколько операций. Ему придется всю жизнь принимать медицинские препараты, но в остальном угрозы для его жизни больше нет.

Врожденные дефекты Уильяма схожи со смертельными ранениями, полученными его дедом. Вдобавок, повзрослев и научившись говорить, Уильям стал рассказывать о жизни деда. Как-то раз трехлетний Уильям раскапризничался и стал скандалить, когда мать работала дома у себя в кабинете. В конце концов она сказала ему: «Посиди тихо, а то я тебя отшлепаю». На что Уильям ответил: «Мам, когда ты была маленькая, а я был твой папа, ты часто плохо себя вела, но я тебя никогда не шлепал!..»

Уильям не раз утверждал, что был собственным дедом, и рассказывал о его смерти. Он сообщил матери, что в ходе инцидента стреляли несколько человек, и много расспрашивал об обстоятельствах гибели Джона.

Как-то раз он сказал матери: «Когда ты была маленькая, а я был твой папа, как звали моего кота?»

Она ответила: «Какого кота? Маньяка?»

«Нет, не этого, — сказал Уильям. — Белого».

«Бостон?» — спросила мать.

«Точно, — сказал Уильям. — Я его звал Босс, да?»

И это была правда. В семье держали двух котов, которых звали Маньяк и Бостон, и только Джон называл белого кота Боссом.

Глава тридцать седьмая

Кости не лгут. Так говорят археологи — и не ошибаются.