Читаем Забытое время полностью

Такие люди, люди в отчаянии — как вот она и Андерсон, — опасны, внезапно подумала Джейни. Перед глазами возникла другая мать с черными дорожками слез по щекам. Опять затошнило — на сей раз от стыда. Но и полегчало. Эта дверь захлопнулась. Джейни вернулась в настоящую жизнь, пусть эта жизнь и кошмарна.

Андерсон потер лицо.

— Ему поставили диагноз, — произнес он.

Джейни огляделась, словно надеялась, что кто-нибудь возразит — трава, асфальт, машины, что неслись мимо по пути в супермаркет или торговый центр.

— Да.

— Кто?

— Не совсем диагноз. Это гипотеза. Доктор Ремсон. Детский психиатр из Нью-Йорка. Судя по всему, один из лучших.

Получи — пусть тебе будет больно. Впрочем, Андерсона, похоже, не задело.

— Почему вы не сказали?

— Боялась, наверное, что вы откажетесь с нами работать.

Он сверкнул глазами:

— Вы вообще представляете, что сказали бы мои коллеги, если бы… — Он медленно вдохнул, с трудом овладел собой. — Вы… — Губы его дрогнули и замерли.

Непросто, должно быть, держать этот фасад под контролем. — Надо было сказать.

Плевать я хотела на ваших коллег, подумала Джейни. Плевать я хотела, что случается с людьми после смерти. Мне важен только этот мальчик в машине. На все остальное я плевать хотела.

— Да. Надо было, — равнодушно согласилась она. — Когда у тебя болен сын, ты сам не свой и ведешь себя не пойми как. В голове туман. — Она отерла влажные глаза. — Зря я так, это было безответственно. — И она говорила всерьез.

Андерсон тряхнул головой:

— Нет у Ноа никакой шизофрении.

Внутри забилась надежда, и Джейни растоптала ее, пока та не натворила новых дел.

— Это вы с чего взяли?

— Это мое профессиональное мнение.

Она встала и скупо ему улыбнулась:

— Вы уж простите, но сейчас меня это как-то не очень убеждает. — Он поморщился, но она сделала вид, что не заметила. — И кроме того, вы же видели, как он себя вел сегодня.

— Это было не то воплощение. — Андерсон приуныл. — Это я виноват. Он расстроился. Но…

— На этом все. Истории конец, Джерри.

— Да. Разумеется. — Он медленно кивнул. — Разумеется. Мне только надо… — прибавил он. Затем отошел на газон и заозирался, будто дорогу искал.

— Мама-мам?

Ноа просыпался. Потянулся, послал Джейни улыбку таранной силы.

— Ты как, малыш? — Она погладила его по волосам, потерла красную отметину от ремня у него на щеке. — Есть хочешь? У меня гранола в сумке.

Он сонно улыбнулся:

— Мы уже приехали?

— Мы почти рядом с мотелем.

— Нет, мама-мам, — сказал он терпеливо, будто она дурочка. — Когда мы поедем на Эшвилл-роуд?