Читаем Забытое дело полностью

Вопрос застал Босха врасплох. Разумеется, из материалов дела он знал, что полиция допросила всех работавших в ресторане Роберта Верлорена, однако ничего подозрительного не обнаружила. В дальнейшем эта линия не отрабатывалась. Ничто не указывало на ресторан. И то, что теперь из уст одного из следователей прозвучало, по-видимому, давно таившееся подозрение… это никак не совпадало с выводами, которые они вместе сделали по результатам знакомства с документами.

– Вообще-то нет, – ответила Райдер. – Анализ ДНК указал на человека по имени Роланд Маккей. Во время убийства ему было восемнадцать лет. Жил он тогда в Чатсуорте. Но в ресторане, похоже, не работал.

Гарсия нахмурился, как будто то ли огорчился, то ли даже растерялся.

– Вам это имя о чем-нибудь говорит? – спросила Райдер. – В деле оно не упоминается.

Гарсия покачал головой:

– Не помню такого, хотя ведь и времени прошло немало. Кто он?

– Этого мы пока не знаем. Начали только сегодня и пока лишь подбираемся.

– Думаю, я бы вспомнил имя, если бы уже слышал. Значит, на пистолете была его кровь?

– Да. За ним много чего числится. Кражи, непристойное поведение, употребление наркотиков. Мы считаем, что он причастен к той краже, когда взяли пистолет.

– Не сомневаюсь, – с жаром поддержал ее Гарсия.

– Мы можем связать его с орудием убийства, – продолжала Райдер, – но нам нужна связь с девушкой. Может быть, вы что-нибудь вспомните?

– Вы уже разговаривали с ее родителями?

– Пока еще нет. Вы у нас первый в списке.

– Бедная семья. Для них это был тяжелый удар.

– Вы поддерживали контакт с родителями?

– Поначалу да. Пока занимался этим делом. Но потом меня произвели в лейтенанты и вернули в патрульную службу. После этого мы уже не встречались. А разговаривал я в основном с Мюриель… то есть с матерью. Отец… с ним что-то происходило. Дела не ладились. Он ушел из дому, они развелись… вот так. Потом он и ресторан потерял. Жил, как мне приходилось слышать, на улице. Приходил иногда домой, просил у Мюриель денег.

– А почему вы предположили, что к убийству причастен кто-то из ресторана?

Гарсия досадливо покачал головой, словно жалуясь на память.

– Даже не знаю. Не могу вспомнить. Ничего конкретного, просто какое-то чувство. Что-то там было не так с самого начала. Что-то сомнительное.

– Что вы имеете в виду?

– Как вам сказать. Вы же читали дело? Ее не изнасиловали. Выкрали из дома, отнесли на склон и там застрелили, сымитировав самоубийство. Причем сымитировали неряшливо, неумело. Больше походило на расправу. Как будто ее убили по приговору. О случайном вторжении в дом не могло быть и речи. Ее смерти хотел кто-то, кто ее знал. И этот кто-то либо сам пришел за ней в дом, либо кого-то прислал.

– Думаете, убийство было как-то связано с беременностью? – спросила Райдер.

Гарсия кивнул:

– Мы так полагали, но точно установить ничего не смогли.

– МНЛ… вы его не нашли.

Коммандер несколько растерянно посмотрел на нее:

– Извините, что?

– МНЛ. Инициалы в дневнике Ребекки. Вы упомянули о них, когда разговаривали с родителями. Вспомнили?

– Ах да, инициалы. Что-то вроде шифра. Нет, нам так и не удалось их разгадать. Вы ищете дневник?

Босх кивнул. Ответила Райдер:

– Да, ищем. Мы ищем все. Дневник, пистолет, саму коробку с вещественными доказательствами. Похоже, в ОХВД ее просто потеряли.

Гарсия покачал головой с видом человека, привыкшего иметь дело с подобными неприятностями.

– Ничего удивительного. Для них это нормальное явление.

– Наверное.

– И вот что я вам скажу. Если найдете коробку, дневника там не будет.

– Почему?

– Потому что я его вернул.

– Родителям?

– Матери. Как я уже сказал, меня произвели в лейтенанты и перебросили в южное управление. Рон Грин к тому времени уже вышел в отставку. Я передавал дело, зная, что дальше ничего уже не будет. Что никто уже не будет относиться к расследованию так, как мы. В общем, я сказал Мюриель, что ухожу, и вернул ей дневник. Бедняжка. В тот июльский день время для нее как будто остановилось. Она застыла в нем, точно вмерзшая в лед рыба. Ни назад ни вперед. Помню, как я пришел к ней уже перед переходом. После убийства прошло, должно быть, года три. Она повела меня в комнату Бекки. Там ничего не изменилось, все осталось нетронутым. Точь-в-точь как в ту ночь.

Райдер печально кивнула. Гарсия замолчал. Наконец Босх откашлялся и задал вопрос, на который коммандер так и не ответил:

– Когда мы вошли и сказали, что по ДНК есть совпадение, вы предположили, что это кто-то из ресторана. Почему?

Он взглянул на Райдер, но та не проявила ни раздражения, ни досады. Лицо ее вообще осталось безучастным.

– Не знаю, – ответил Гарсия. – Наверное, я подумал так потому, что чувствовал некоторую неудовлетворенность от нашей работы в том направлении.

– Вы имеете в виду ее отца?

Коммандер кивнул.

– Отец вел себя как-то странно. Неестественно. По крайней мере мне так тогда казалось.

– В чем это проявлялось? – спросила Райдер. – Я имею в виду странность и неестественность.

Прежде чем Гарсия успел открыть рот, дверь открылась и в кабинет вошел адъютант.

– Коммандер? Все уже собрались в конференц-зале и готовы начать.