Читаем Забияка полностью

– То есть? - Уставился на меня друг сердца - с таким изумлением, как будто впервые меня увидел.

А я, в свою очередь, во все глаза смотрела на него: он думал, что я, как бы это помягче выразиться, была неверна, и простил? Может, ему и впрямь нужна я, а не что там от меня?

– Лиса, ответь.

– Я спасла ему жизнь. Он даровал мне свой фрак со своего шерстяного плеча. Все.

Занавес. Друг сердца с открытым ртом. Или, все же не занавес?

– В таком случае, откуда ты знаешь, что у него шерстяное плечо? - Вид у металлиста был абсолютно идиотским.

– Видела его голым, - уже откровенно потешалась я. - По пояс. Тогда, когда он мне отдавал свой козлиный фрак.

– Ну я и…

– Нет, это он Козел, а тебя я…

Это был поцелуй - долгий-долгий и нежный-нежный. Сердце таяло, неминуемая гибель Заповедника и мира отошла на второй план. Было хорошо…

…Но, к сожалению, недолго.

– Не входи туда!

Антон…

Мы нехотя оторвались друг от друга.

"Вот черт!" - Подумалось мне. - "Ходят тут всякие, не дают напоследок насладиться жизнью".

– Лиса, к вам можно?

– Можно. Только, пожалуйста, без дочурки.

– Она спит, - влетела в комнату Жозефина. - Начальство велело дать ей снотворного.

– И побольше, побольше, - мрачно продолжил развивать мысль супруги друид. - Как вы?

– Порядок, - расправила я пальто от Катерины.

Оно было уже почти сухое.

– Тогда собирайтесь, и к нам.

– А что у вас?

– У нас избушка на курьих ножках, - отодвинула ежка супруга в сторону. - Мы в ней на изнанку поедем. С нами дедушка Макс и его бесценный подопечный Лука.

– А к чему такая спешка?

Жозефина потупилась.

– Так велел Борис Иванович, - отстранил ее в сторону супруг. - Ждем вас через пять минут, но уже на изнанке, за оцеплением.

Они вышли. На мои глаза навернулись слезы.

– Не плачь, - прижал меня к себе металлист.

Так мы стояли долгую-долгую минуту, прежде друг сердца отодвинулся от меня.

– Переодеться не хочешь? А то замерзнешь еще в спортивном костюме-то.

– Отвернись.

В последний раз переодевалась я перед этим зеркалом. Из него на меня глядела до смерти перепуганная девчонка. На нее с заботой и нежностью смотрел не молодой человек, но зрелый муж.

Я не стала ему напоминать о том, что подглядывать - нехорошо.

– Ты готова?

– Оделась. Но мои вещи…

– Я за тебя собрался.

– Ого!

– Не ерничай. Пошли.

Прощальный взгляд на камин. Последний скрип двери. Прощай, дом.

На поляне, окруженной корпусами стихийных магов, за время моей вынужденной сушки произошли изменения. Посреди нее высилась железная конструкция - точь-в-точь вышка ЛЭП, но раза в полтора выше. Домик начальства находился внутри.

– Все-таки, они решили поставить ее сюда, - покачал головой металлист.

– А что? - Удивилась я.

– Это сработает, но криво, - поморщился товарищ. - Все равно что телевизором гвозди забивать.

– А где она должна была стоять?

– Не знаем. Тесла-то так и не пришел…

– Илья, Лиса, что встали? - На крыльце спрятавшейся под конструкцией избушки появился волхв. - Проходите. Стойте. Заберите Гошу.

Посреди комнаты сидел домовой. Он даже не плакал - видать, совсем растерялся.

– Иди ко мне, чертенок, - протянула я ему руки.

Тот не сдвинулся с места.

– Не пойдешь? - Строго посмотрел на него хозяин избушки.

Гоша затряс головой.

– Идите, - махнул рукой Борис Иванович.

– Стойте! А как же вы?

"Помнишь, что я сказал Матвею?"

О том, что мы погибнем в одном мире и в одно и то же время? Помню.

Прощай, Заповедник.

* * *

По краю Поляны Правосудия стояло уже тройное оцепление. Выделялись темными рясами волхвы. Серели и белели меховые островки оборотней. Мне показалось, что я узнала Полоза и Рудника. А вон там, сбоку слева - уж не медведи ли? Неужели этот мир погибнет?

Я отвернулась. Метрах в десяти от меня висели денебцы, ждали команды со стороны верховного волхва. Тот стоял рядом с ними, и, казалось, не реагировал ни на что вокруг. Я окликнула Штирлица. Тот не отозвался.

– Лиса, - потянул меня за рукав Илья. - Смотри, вон там стоят Никола и Сан Саныч. Пойдем, узнаем у них, как дела?

Я пожала плечами - какие у нас могут быть дела? Вся эта поляна со всеми на ней присутствующими напоминала островок, которую вот-вот зальет весенним паводком.

– Привет, - подошел к нам юный технарь.

– Здравствуй.

– Ты отлично выглядишь, - окинул он меня взглядом. - Это пальто тебе необычайно к лицу.

"А ты еще лучше держишься", - подумала я, и сказала вслух: - Хоть напоследок похожу человеком.

Он усмехнулся, и, переставляя длинные ноги, отошел в сторонку. Его место занял Сан Саныч.

– И, что самое обидное, мы-то успели! - С чувством сказал он.

– Куда успели? - Не уследила я за полетом его мысли.

– Не куда, а что, - назидательным тоном поправил меня оборонщик. - Установки расставить успели. По всему миру, между прочим!

Он хотел еще что-то сказать, но эстафету негодования подхватил металлист:

– А я разработал централизованное управление. Ты бы видела, какую симфонию можно сыграть на этих конструкциях, если переключать их в разные режимы!

– Вразнобой? - Заинтересовался Сан Саныч.