Читаем Забияка полностью

"Вовремя я тут оказалась", - подумала я, сосредотачиваясь на битве. Вопрос о ногомашстве отпал сам собой - мне хватило мимолетного взгляда на огромный топор, которым один из магов отсек многоножке лапу. Конечно, не стой парень столбом (и не будь он магом-металлистом), с ним еще можно было бы попробовать сразиться. Силу его инерции использовать, перенаправить от себя, в айкидо поиграться… Но спонтанно отрастающие железяки самого жуткого вида рождали в моей голове нехорошие мысли о заведомом проигрыше. Отрастят ли друиды отрубленную руку обратно? Калечиться решительно не хотелось. Да и Манька пока, слава богам, удерживала врагов на месте. Поэтому я встала поудобнее и сосредоточилась на той магии, что мне была доступна.

А было жарко! В прямом и в переносном смысле. Сложная волшба типа искажения пространства, способная одним махом решить проблему, была мне еще не под силу. Приходилось "идти в лоб", по принципу кто удачливей, да быстрее, тот и прав. Я швырялась фаерболами вслед за молниями, прикрывалась щитом, выращивала новые лианы вокруг нарушителей… И все гадала, надолго ли хватит моих скромных сил. Парни тоже не оставались в долгу. Старший из них периодически пытался достать многоножку различными предметами пилящего и рубящего свойства, младший освобождался от моих лиан. Вскоре силы младшего иссякли, и он безучастно стоял, глядя, как его напарник отращивает очередной топор. Но и меня уже дрожали все четыре конечности, да и не видела я уже практически нечего…

…И все же вдвоем с Маней мы справились - она отвлекала металлиста, собирая в себя железо, пока я пеленала парней. И наступил все же момент, когда очередная пила стала бессильной против метрового слоя лиан, оплетших мужиков подобно удаву.

Управиться-то мы управились, но вот Маня сильно пострадала. Эх, освоила бы я левитацию посторонних предметов - сама бы оттранспортировала гадов! А так пришлось снова многоножке отдуваться. Она едва доволокла свой груз до дерева друидов, и свалилась совсем без сил. След храброй кисы отмечался дорожкой смолы на жухлой осенней траве, под ней быстро образовалась изрядная лужа.

– Да издохнут на Земле последние древогубцы!! - истошно завопила я. Хоть и не совсем верно, но в корне правильно.

Потому что дед Макс не замедлил появиться. Он было ехидно поинтересовался, что за пожар приключился, но потом его взгляд упал на Маню…

Что тут началось! Откуда не возьмись, набежала толпа друидов, меня же быстро оттерли в сторону. Я лишь успела заметить, как вокруг лиан, начиненных злоумышленниками, выросла клеть, по стенкам которой побежал высокочастотный ток - такое было под силу только друидам! - и поплелась к начальству докладывать обстановку. Энергии у меня на бег не осталось, а в практически пустой голове вертелась одна и та же мысль: "Ну, ни хрена ж себе, наведалась в сосновый бор!"

Борис Иванович оказался у себя. Разговаривал по телефону. Я оставила грязнущие кроссовки с носками и куртку в прихожей, Гоше на радость, и босиком проскользнула внутрь.

И, только устроившись в уютном кресле, я поняла, как же устала. Меня лихорадило - я явно перерасходовала свои силы. Даже магический огонь своим видом разжалобила - тот выплеснулся из очага, и поплыл ко мне поделиться теплом. Мне слегка полегчало.

Начальство заметило, наконец, мое состояние - в основном, благодаря поведению огня. И, сославшись на обстоятельства, окончило разговор. Выглядело оно, впрочем, тоже неважно. Глаза его, обычно яркие, были какого-то тусклого пасмурного цвета, под стать сегодняшней погодке.

– Извини, - сказал начальник, устало потирая виски. - Этот чертов вампир Мыкола Ромуальдович меня совсем доконал.

– А что, вампиры разве бывают? - аж встрепенулась я. - Мне про них еще не рассказывали…

– Значит, еще время не подошло, - ворчливо отозвался собеседник, и глаза его вернулись к обычному, яркому, состоянию.

У меня отлегло от сердца.

– И, потом, разве вас можно доконать?

– Можно, как видишь, - невесело усмехнулся Борис Иванович. - Уж я его обрывал-обрывал, заворачивал-заворачивал, ничего не помогало! - в сердцах закончил он. - Так что у тебя стряслось-то? В сосновом бору побывала?

– А кто такой Мыкола Ромуальдович? - задала я встречный вопрос.

– А тебе-то что? - откровенно удивился Борис Иванович. - Никак, высокой политики захотелось?

– Да нет, - поморщилась я. И ткнула пальцем в небо: - Просто этот ваш не в меру долгий разговор может напрямую относиться к моей прогулке…

Иначе, почему такое знаменательное событие, как на нападение на стража, да прошло незамеченным?

А с Борисом Ивановичем произошла перемена. Его глаза мгновенно зажглись недобрым пламенем, он подобрался, как тигр перед прыжком. Мне стало не по себе, захотелось убраться куда подальше из избушки.

– Повтори, - потребовал он.

Я дисциплинированно повторила. А заодно рассказала, что произошло. По мере моего рассказа у начальства округлялись глаза.

"Все-таки, и его можно удивить", - подумалось мне вскользь.

Я закончила свою повесть на том, что друиды обступили храбрую Маню, а вокруг "дровосеков" выросла клеть. Возникла нехорошая тишина.