Читаем За Каз (СИ) полностью

Приписывание Симу, Хаму и Иафету, сыновьям Ноя родоначалие трех различных рас: желтой, черной и белой — чистейшей воды вымысел. Ясно, что сыновья Ноя все были одного цвета кожи — такого же, как и у их отца, — белого. Местность эта находится вблизи известного Аркаима. Возможно, что стихийным бедствием объясняется неожиданное исчезновение ариев из этой местности и появление нойманов (Ноевых людей) вблизи Алтая, являющегося былинным священным местом русов-ариев Беловодьм.

Интересен рассказ французских академиков о войне хакана Богдана с нойманами.

"Битва произошла между нынешними городами Чугучаком и Уруцы (Урусы). Она продолжалась с утра до ночи. Тайанг (китайский вариант произношения имени короля Иоанна) был смертельно ранен, его армия рассеяна и истреблена. Когда нойманы увидели, что их старый царь упал, они унесли его на гору, через которую пришли, и спросили его, какие он даст указания; "но он не промолвил ни слова". Тогда они снова спустились с горы и вернулись на битву. Пять или шесть раз Чингисхан говорил им: "Я оставлю вам жизнь и имущество; как благородные товарищи, вы исполнили свои обязанности по отношению к вашему государю; итак, сдавайтесь!" Но они ничего не хотели слышать и легли все до единого". (Эпоха крестовых походов)

Представляете, какова была сила долга и убеждения в своей правоте: полегли все до единого. Гибель войска нойманов открыло путь Богдану в сказочную страну Беловодье, именовавшуюся Шестиградьем и Джунгарией.

В 1206 году на холме Делигун-Булдак состоялся Курилтай — собрание, в котором приняли участие 19 тюркских и тунгусских народов и 26 собственно монгольских улусов. Обычно Курилтай — собрание тарханов-землевладельцев назначал каганов и ильханов, брал их клятву верности и заставлял их подтверждать личные права каждого из своих членов. Богдан темучин был избран ха-ханом или хаканом. Только сейчас он получил заветный чин великого хана или императора, который, спустя несколько столетий, исказили в фамилию Чингисхан.

Стоя на холме, окруженный священными знаменами, рядом со святым Кеукче, сошедшим с неба, он клялся перед Курилтаем соблюдать национальный договор: "Этот народ… который, несмотря на мои невзгоды и опасности, неразрывно связал себя со мной против всех, — этот народ, чистый, как горный кристалл, который среди всевозможных опасностей до конца сопровождал своей преданностью каждое мое усилие, — я хочу, чтобы он назывался Кеке Монгол (голубые монголы) и чтобы он возвысился над всем, что движется на земле".

Снова поднять знамя империи Гиунг-Ну (китайское название казаков, искаженное европейцами в "хунны") и ее наследницы тю(О)ркской державы, значило то же, что объявить войну Северному Китаю (Тай Тын — Золотой ограде). Это понимали все.

Хакан решился перенести знамена своей фамилии и ее гениев-покровителей в древнюю тюркскую столицу Каракорум. Это был решительный шаг: водрузить знамена в Каракоруме значило восстановить древнюю империю Гиунг-Ну, значило принять императорский титул. Но не этого изношенного титула, не этой ограниченной власти хотел Темучин. Ему нужна была самодержавная власть, ограниченная раз и навсегда установленным законом. Он поклялся соблюдать закон, первым подчиняться ему. Эти законы назывались ясаком (Яссой) и турой — два тюркских слова, из которых первое означает "уложение", второе — "обычай, обычное право, устав". Темучин всю жизнь оставался точным исполнителем, неизменным рабом этого сурового военного "уложения", в котором были кодифицированы древние обычаи тю(о)рков и монголов. Ни один деспот не соблюдал так строго договор, заключенный им со своими подданными. Худшие враги Чингисхана не могли указать в его величайших жестокостях ни следа произвола. Самые тиранические его поступки представляют собой буквальное исполнение "уложения" и "устава". Это признают все его современники: Жуанвиль и Марко Поло, обладавшие наиболее достоверными сведениями, видят в нем лишь строгого законодателя. (Эпоха крестовых походов)

Вот и верь после этого отечественным мастерам фальсификации. При прочтении многих официальных исторических трудов не перестаешь удивляться дремучести родных академиков. Видно прав был Зубрицкий в "Истории Червоной Руси", написав: "Многие писали историю России, но как она несовершенна! — сколько событий необъясненных, сколько упущенных, сколько искаженных! Большею частию один списывал у другого, никто не хотел рыться в источниках, потому что изыскание сопряжено с большой утратой времени и трудом. Переписчики старались только о том, чтобы блеснуть витиеватостью, смелостью лжи и даже дерзостью клеветы на своих праотцев".

Дальнейшее жизнеописание Богдана Чингисхана и его преемников только подтверждает его величайший подвиг: непомерный труд во имя единой империи. Остановлю повествование на 1223 году, в котором состоялась битва при Калке. В том бою потерпели поражение объединенные войска нескольких русских княжеств, пришедшие за многие сотни километров от своих домов с иудо-христианскими "добродетелями" (ариансвто-то к тому времени уже стали считать за ересь!).